「 2. рп-пост!! 」

«Пℴ𝓀𝒶 я 𝓅ядℴℳ, 𝒷𝒸ℯгд𝒶 пℴℳℴг𝓎 ℋ𝒶йти п𝓎ть 𝓀 тℯл𝓎. ℬ𝒸ℯгд𝒶 𝓀 Жизℋи тℯбя 𝒷ℴз𝒷𝓅𝒶щ𝓎. Этℴ т𝒶𝓀.
ℋℴ бℯз ℳℯℋя ты пℴтℯ𝓅яℯ𝓌ь𝒸я здℯ𝒸ь, з𝒶 ℳгℋℴ𝒷ℯℋиℯ. ℋи𝓀тℴ ℋℯ 𝒷ы𝓅𝒷ℯт из 𝓅𝓎𝓀 Гибℯли, ℋи𝓀тℴ ℋℯ п𝓅ℴлℴжит п𝓎ть.
Иℋыℳи 𝒸лℴ𝒷𝒶ℳи, ℳℴй ℳ𝒶льчи𝓀, ℋℯт ℋи ℯдиℋℴй 𝒷ℴзℳℴжℋℴ𝒸ти, чтℴ ты 𝒷ыжи𝒷ℯ𝓌ь, 𝒸𝒷ℯ𝓅𝓌и𝒷 этℴт пл𝒶ℋ 𝒷 ℴдиℋℴч𝓀𝓎…
ℰщℯ ℋи 𝓅𝒶з𝓎 ℋℯ 𝒷ыжи𝒷𝒶л.»

Это терпеть невозможно.
Ансетсу знал наверняка, к чему его дар клонит в очередной раз; пускай минут века — он ни за что не согласится. Нет у него будущего… и ладно.
Но близкого человека тоже всего лишить…

«𝒪ℋ 𝒸ℴгл𝒶𝒸ит𝒸я.»

Именно потому ответ ‘нет’.
Отгородив себя от увещеваний дара и стремительно всплывая на “поверхность”, к ‘вуали’, защищающей мир живых от астральных реальностей, Ансетсу отчаянно озирался, ища привычный цвет нити, связывающей его с родным телом; агонический холод, страх, чувство замкнутого со всех сторон тупика — так хотелось вновь жить, дышать, так хотелось выбраться и иметь возможность увидеть, как озаряются улыбкой чужие лица, так хотелось перестать ощущать на спине взгляд Гибели, оказаться как можно дальше, там, где Ее руки не достанут, не лишат мыслей, не отберут способность творить. Его ‘якори’… Где его ‘якори’?!
Вэйверли, Оттофи, Оттофи, Лиам, Вэйверли, Вэй, пожалуйста, Оттофи, Лиам, Лиам
Лиам Лиам
    Лиам      Лиам Лиам
Лиам    Лиам ЛиамЛиам Лиам
Лиам, ну пожалуйста—!!

Что-то близкое, опутанное знакомыми связями, но, кажется, незнакомое по существу, зацепило взгляд, и Ансетсу бросился к медным очертаниям, молясь, чтобы они принадлежали тому. Паника совсем его лишила рассудка. Призрачные руки вырвались из-за ‘вуали’ реальности, обняли за шею со спины, ища хотя бы иллюзии спасения от глаз Гибели. Я прощаю тебя. Прости меня. Я теперь все понимаю, я был не правПожалуйстаЯ так скучал. Пожалуйста, отведи меня домой, помоги мне вернутьсяЯ ошибался, я еще не готов! Здесь так холодноНе осуждай меня, я этого не вынесуТак, так холодно, на самом деле я—! Он сконцентрировал все свои силы, все внимание, чтобы слиться с найденным ‘якорем’ воедино и найти свою нить, возвратиться домой, домой, домой, а потом—…

Град прекратился. Все, чему он успел навредить, восстановилось, словно ничего и не было, а воспоминания о нем, как и прежде, рассеялись, подобно туману с закатом зари.

Нить нашлась; все же странно, что потребовалось больше пары секунд, — разве их связь не была крепче?

«𝒜 этℴ и ℋℯ т𝒷ℴй ‘я𝓀ℴ𝓅ь’. Пℴд𝓅𝓎г𝒶 и𝓍.
𝒫𝒶з𝒷ℯ ℋℯ 𝒷иди𝓌ь?»

Когда Нэве отпрянул, осознав с ледяным ужасом, что ошибся, вцепившись не в того человека, было уже слишком поздно, — чужие воспоминания, охваченные фантомным морозом и его неконтролируемыми целями, стремлениями, переписались, безвозвратно утратив последние двадцать четыре часа. Счастье, которое он столь страстно желал подарить…

Боги.
На кого его обрушил?