По просьбам трудящихся.
В интервью Галковскому Шевченко выбрал прием: много говорить, но мало - о себе. Если вы переживаете, что вас могут нечто нежелательное спросить - опередите и максимально займите эфир. Вы не только создадите иллюзию, что рассказали о себе очень много, но и отвлечете собеседника - типовая ситуация на психологической консультации.
Но я не считаю, что Шевченко что-то намеренно скрывал. Вероятно, нервничал в целом - интервью формат очень волнительный. Тут интересен выбор способа совладания со стрессом.
Многие удивлялись тому, как много признаков новиопа он добровольно озвучил - а в этом нет ничего удивительного: все эти аспекты биографии для новиопа (вымышленные и реальные) - нормальное положение вещей. Я училась в школе при посольстве РФ, т.е. с детьми дипломатов, и отчетливо помню как я услышала от отца дипломата РФ своей одноклассницы «я - не русский, а белорус, это совершенно другое, про «русских» не надо». Он разговаривал не со мной, но от удивления я невольно спросила: - Это как? - А вот так. - засмеялся он, но мне стало несколько жутко.
Возвращаемся к интервью: Дмитрий Евгеньевич в этой ситуации поступил наилучшим возможным образом - воспользовался недостатком стратегии собеседника - позволил говорить столько, сколько нужно. Так любой человек рано или поздно скажет что-нибудь искреннее и глубокое.
А так же Дмитрий Евгеньевич всячески располагал к себе собеседника демонстрируя, что здесь безопасно: кивал, улыбался, вспоминал свои похожие случаи. Недостатки этой стратегии - требует много времени.
Максим Леонардович не смог устоять - рассказал нам очень личную историю: он заикался пока в 17 лет молодая логопедша не сказала ему, что настоящего заикания у него никакого нет, он просто «трус», и заикание прошло в тот же день.
Это история объясняет выбор стратегии «заболтать собеседника»: «заикается трус, смелый человек говорит громко, четко, много и смелые мысли». В 17 лет Максим решил стать «смелым человеком» и стал им. Возможно поэтому он выбирает такие острые темы как сравнение ислама и христианства, поддерживает Овсянникову, дерется в студии КП, идет на интервью к Галковскому - ему важно доказывать себе, что он не трус.
Это типовое последствие психотравмы «комплекса неполноценности». Вспомните сцену из «Форреста Гампа»: у главного героя с раннего детства были проблемы с ногами, но однажды он был вынужден бежать, чтобы спастись - и так чудом преодолел свой недуг. Он был этому так рад, что стал известен на всю страну своим безостановочным бегом.
Как объяснить это чудесное исцеление заикания?
1. Излечение в процессе психотерапии происходит после того, как человек получил недостающую информацию, включил ее в свою картину мира, то есть, стал ближе к реальности. Получается, что Шевченко не хватало информации, что он трус, т.е. негативной оценки себя, переживающему страх. Возможно, что дома страх и его проявления (заикание) неосознанно поощрялся родителями: «Мы с папой все решим за тебя». На фоне этого фраза «ты - трус» действительно могла быть глотком свежего воздуха. А от молодой женщины - стимулом к развитию.
2. А можно предположить, что фразой «ты - трус» Шевченко впервые получил идентичность, ибо до этого его учили, что этнос, национальность, класс,
Многого мы ещё не знаем. И я многое нафантазировала, но обобщая имеющиеся крупицы можно сказать: у новиопов большие проблемы в отношениях с детьми - вот на чем им нужно сосредоточиться незамедлительно.