Уважаемые коллеги подняли тему применения коэффициентов (повышающих и понижающих) при оказании медицинской помощи по ОМС.

Проблема понижающих коэффициентов много лет убивает удмуртское здравоохранение, лишая его возможности в полном объеме оказывать гражданам положенную по закону медицинскую помощь.
Зачем вообще нужны коэффициенты в системе ОМС? Их применяют к тарифам на оплату медицинской помощи по ОМС в Удмуртии. То есть помощь уже оказана, а сколько за нее получит больница — будет зависеть от размера примененного коэффициента. За одну и ту же услугу разные больницы на «законном» основании получают значительно отличающуюся плату. Коэффициенты бывали и такими, что даже на нормальные перевязочные материалы не хватало, не говоря уже ни о какой высокотехнологичной медпомощи.

Кто и на основании чего принимает такое решение? А вот тут уже всё сложнее.
В Удмуртии для определения тарифной политики на оплату медицинской помощи в сфере ОМС создана Согласительная комиссия по тарифам на оплату медицинской помощи.
Она существует уже много лет, создана будто бы во исполнение ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», действовала при Волкове, Соловьеве и продолжает без изменений работать при Бречалове.

Доминантой в работе комиссии всегда являлось применение хороших коэффициентов строго в пользу «нужных» учреждений.
Например, в пользу «партлечебницы» (бывшая 2-ая РКБ) на ул. Свободы, она же — Консультативно-диагностический центр МЗ УР. К партлечебнице прикреплены тела руководства УР и наиболее значимых отставников/их приближённых — действительно, как тут обойтись без повышающего коэффициента?

Но это — частный случай, а главным критерием «нужности» является принадлежность к крупнейшим бюджетополучателям и возможность вывода средств в особо крупных размерах.
А теперь, судя по кадровым перестановкам в удмуртском правительстве, в число нужных попали и некоторые негосударственные, но «допущенные к телу» юридические лица и клиники.

Однако, вернемся к федеральному закону об ОМС, во исполнение которого слепили такого голема.
В тексте п.9 ст. 36 ФЗ нет никаких «согласительных» комиссий: « Для разработки проекта территориальной программы обязательного медицинского страхования в субъекте Российской Федерации создается комиссия по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования….».
Удмуртская кривая конструкция — лишь один из возможных (и, мягко говоря, не лучший) вариантов, есть примеры других организационных моделей. Другое дело, почему у нас до сих пор применяют именно эту..?

Материалы уголовных дел из открытых источников свидетельствуют, что единственная роль подобных согласительных комиссий в различных регионах— всегда соглашаться с уменьшением финансирования реального сектора здравоохранения.
Чаще всего такое уменьшение производили/производят незаконно, что дает ОЧЕНЬ существенную «экономию» и возможности тянуть субвенции из Федерального фонда ОМС.

В Удмуртии согласительная комиссия при УТФОМС состоит из представителей органов власти, руководства УТФОМС и некоторых (нужных) больниц.
И по сей день там продолжают соглашаются исключительно с урезанием коэффициентов и с угнетением практического здравоохранения.
Результат уже давно налицо — уничтожение первичного звена здравоохранения, про которое на самом высоком уровне дали команду — укреплять.

А в «укреплятелях» в Удмуртии собрались (или остались, не успев убежать от почетной миссии — зависит от точки зрения) очень своеобразные персонажи.

Как теперь быть новоявленному вице-премьеру Пинчук (экс-владелица сети частных клиник) под руководством Главы Удмуртии Бречалова (экс-борец за честные закупки), которые так долго шли к своей мечте…

На сдачу от работы по повышению коэффициентов «правильным» организациям нужно реанимировать первичное звено или хотя бы слепить про это убедительный отчет.
Потому что после всего запланированного в бюджете денег на первичное звено останется столько, что даже для отчета может не хватить.