Великоросские имперские комплексы vs. подлинный патриотизм

Очень смущает обилие терминов странным образом понятых со словами «русский» и «величие». А ведь это величие сейчас во многом оплачивается кровью тувинцев, бурятов, дагестанцев и других народов.

В 2018 году я с семьей путешествовал по Алтаю. Заехали мы в глубинные территории – за перевалом Кату-Ярык в долину реки Чулышман. Здесь все население – этнические алтайцы. И ощущение было в течение недели походов по горам и ущельям, что мы гости на этой земле, ночевали на разных базах, ели у алтайцев в домах жареную речную рыбу, покупали лепешки у голопузых алтайских ребятишек, которые не понимали по-русски.

И вот 1 июля мы оказались на берегу озера Телецкое со стороны впадения в него Чулышмана. В этот день на чемпионате мира по футболу в России играли Россия и Испания. Все этот матч помнят, 1:1 после основного времени, дополнительное время и серия пенальти, где тащил Игорь Акинфеев. Очень драматично!

И вот перед небольшим стареньким телевизором Goldstar собрались около 20 туристов славянской внешности и 20 работников базы алтайской национальности. Вместе кричали «Россия! Россия!», вместе хватались за голову, вместе радовались победе. В тот момент я понял, что Алтай – это Россия.

Прошло несколько лет. Иногда я пишу заумные тексты, на которые тувинская интеллигенция реагирует содержательнее, чем читатели из «русских» краев и областей. Хакасия для меня стала второй родиной, сколько я там знаю многогранных и сложных ребят, в т.ч. коренной национальности.

Нам еще вместе с ними предстоит построить Россию – неимперию, Россию – неколониальное государство, Россию совместной радости от малых побед и достижений внутри страны, Россию без иерархии национальностей, Россию без шовинизма, Россию без идеи «старшего» и «младших» народов. Потому что добро объединяет, а не доминирование, крепкая рука, угроза силой, которые, наоборот, отталкивают, разъединяют на годы и десятилетия.