Прототип Квазимодо: история длиной в 200 лет

А теперь — как все было на самом деле. Горбун из старого романа — не выдумка Гюго, а реальный человек, чьи следы недавно отыскал архивариус лондонской галереи Тейт.

В 2010 году сотрудник архива Эдриан Глю разбирал пожелтевшие тетради — семь томов рукописных мемуаров британского скульптора Генри Сибсона. Они почти сто лет пролежали забытыми на чердаке дома в Корнуолле, пока их случайно не нашли при переезде и не передали в Тейт в 1999 году.

Сибсон работал в Париже в 1820-х — как раз реставрировал Нотр-Дам после разрушений времён революции. В мемуарах он с теплотой вспоминает резчика по имени Траян — «достойнейшего, отечески заботливого человека». А вот имя его Сибсон не запомнил совсем — зато прекрасно помнит прозвище, которое слышал постоянно: «Мсье Ле Боссю». По-французски это значит просто «Горбун».

Совпадение дат почти точное: именно в эти годы Гюго бродил вокруг собора, страстно защищая его готический облик от неоклассической перестройки — той самой, над которой трудились Сибсон и таинственный «Горбун». Трудно поверить, что писатель, буквально живший этой стройкой, ни разу не услышал это прозвище.

И ещё один трогательный штрих: в ранних черновиках «Отверженных» главного героя сначала звали Жан Тражен — почти тёзка того самого доброго резчика Траяна. Будто имена реальных людей осели где-то в памяти писателя и много лет спустя сами всплыли на бумаге. Я тоже так делаю - когда нужно обозначить какого-то проходного персонажа, просто вспоминаю фамилии одноклассников, бывших коллег, соседей и т. д. Кто-нибудь обязательно подойдет.

Настоящее имя «Ле Боссю» история, скорее всего, не сохранила. И, может, это даже к лучшему: пусть навсегда останется частью красивой легенды — человек, чьё случайное прозвище спустя двести лет заставляет биться сердца миллионов читателей по всему миру.