Расшифровка:
Обещала рассказать про Women in Tech и встречу в Найроби. Слушайте, во-первых, практически везде, где я рассказываю про финансовое или про экономическое неравенство, про то, как устроен заработок для женщин и для мужчин, сохраняется неравенство. И на бурно развивающихся рынках, но о Кении, очень бурно развивающийся рынок, примерно можно представить себе Россию начала 2000-х годов. То есть очень высокое неравенство, при этом очень много пришло капитала и внешних инвестиций, и с другой стороны все очень бурно растет, но при этом мы все еще живем в состояние ultra-corrupted government. Так вот, на таких быстро развивающихся рынках политики diversity, equality and inclusion, конечно, остаются просто на последнем месте. Я всегда люблю вспоминать в этом месте про разговоры начала 20 века в молодой советской России, когда сначала и Александр Калантай и женский комитет готовы были обсуждать женские вопросы, все слушали, а потом такие: «Ой, слушайте, не до вас, нам тут экономические проблемы решать надо, как-нибудь потом займёмся вашим женским вопросом». Вот эта история повторяющаяся, она происходит в разных местах мира, очень похоже. Что получается в итоге? Есть очень много классных образованных женщин, например, в технологической индустрии. Это тоже глобальный тренд. В развивающихся странах чуть отстаёт, в развитых странах, ну, вот такие первой экономики, это уже пару десятилетий так, женщины получают больше половины высшего образования. В Кении женщины получают не больше половины высшего образования, потому что ограничен доступ к начальному образованию. Но, тем не менее, образованных профессионалок все равно очень много. И здесь, поскольку женщины вынуждены прикладывать больше усилий, чтобы получить тот же результат. Оказывается, что девчонки, которых мы видим, которые выступают, например, на таких конференциях, как в «Умена дзях», ультра талантливые, ультра успешные, там, не знаю, топ-50 влиятельных женщин Африки. И это очень вдохновляет. С другой стороны, те проблемы про неравенство оплаты труда, про невозможность для девочек из не настолько привилегированных семей получить одинаковое с мальчиками образование, очень похожи на то, с чем мы сталкиваемся в жизни. И переговоры по поводу зарплат тоже устроены очень похоже.