#стейблкоины #США #USDT #USDC #Teather #Circle

Они могут получать доход из совершенно разных источников.

Например, пользователь может заплатить комиссию бирже, затем комиссию блокчейну, а эмитент при этом не получить ни цента от конкретного перевода.

Но эмитент всё равно получает экономическую выгоду от того, что его токены остаются в обращении и соответствующий резерв продолжает находиться под его управлением.

Это одна из причин, почему экосистема стейблкоина потенциально гораздо важнее самой комиссии за отдельную транзакцию.

Что тогда делает GENIUS Act? И здесь мы возвращаемся к первоначальной идее.

США не создают государственный стейблкоин и не передают Федеральной резервной системе задачу выпускать USDC или USDT.

Вместо этого создаётся регулируемая система, в которой частные компании могут выпускать цифровые доллары при соблюдении определённых требований к резервам, раскрытию информации и надзору.

Получается довольно необычная конструкция:

частная компания выпускает цифровой доллар, получает глобальный спрос на этот доллар, держит резервные активы, часть резервов может находиться в Treasury США, получает процентный доход, финансирует развитие платёжной инфраструктуры, привлекает ещё больше пользователей.

И здесь появляется потенциальный замкнутый цикл.

Чем больше людей используют цифровой доллар, тем больше резервов необходимо держать. Чем больше резервов, тем больше потенциальный доход.

Чем больше ресурсов у эмитента, тем больше он может инвестировать в инфраструктуру и распространение продукта.

Чем удобнее становится инфраструктура, тем больше людей получают стимул использовать цифровой доллар.

Поэтому главный вопрос — не «сколько денег у Tether?» Правильнее спрашивать: «Какой объём мировой долларовой ликвидности проходит через инфраструктуру, контролируемую частными эмитентами стейблкоинов?»

Потому что именно здесь находится потенциально самое большое изменение.

В традиционной финансовой системе огромные денежные потоки проходят через банки.

В новой модели значительная часть долларовых расчётов потенциально может проходить через частные цифровые платёжные сети.

А если за этими цифровыми долларами стоят американские Treasury, получается очень необычная конструкция:

человек в другой стране хочет просто сохранить свои деньги в цифровом долларе → покупает стейблкоин → эмитент получает его деньги → размещает резерв → резерв частично превращается в спрос на американский государственный долг.

Пользователь при этом может вообще никогда не покупать Treasury напрямую, он просто использует доллар. И именно поэтому стейблкоины можно рассматривать не только как криптовалюту. Это потенциально новый механизм распространения доллара, новый денежный рынок и новый слой глобальной платёжной инфраструктуры одновременно.

А GENIUS Act можно рассматривать как попытку США поставить эту инфраструктуру под регулируемые правила — и тем самым сделать так, чтобы рост цифровых долларов одновременно укреплял роль самого доллара и создавал дополнительный спрос на долларовые резервные активы.

Главная идея в конечном счёте очень проста, но последствия у неё могут быть огромными:

«Америка может экспортировать не только сам доллар. Она может экспортировать инфраструктуру, через которую весь мир будет использовать доллар.

(Часть 5)