Неголодный художник

Та самая лестница в венском Бургтеатре, которая сделала Густава Климта знаменитым. Подробнее писал об этом здесь

В последнее время частенько задаюсь вопросом, о чем больше всего тоскует городская душа в деревне. На днях получил новую версию ответа на него (версии постоянно меняются), причем весьма убедительную.

Судьбе было угодно забросить нас в венский Академтеатр (Akademietheater). Не то, чтобы мы специально собирались туда, но когда увидели, что дают гоголевского “Ревизора”, то от неожиданности тут же купили билеты.

В последний раз я видел “Ревизора” в Малом театре еще школьником. Нас водили на него всем классом в какие-то из каникул, и мы воспринимали это как тяжелую повинность. Но во время спектакля произошло удивительное - мы перестали отвлекаться и втянулись. И немудрено, на сцене играл первый состав с Виталием Соломиным в роли Хлестакова и Евгением Вестником в роли городничего.

Вспомнив это, я восхитился, будет что сравнить, хоть те воспоминания уже и покрылись изрядным слоем исторической пыли. Но в первую очередь, конечно, заворожила интрига - что увидел в гоголевском тексте глаз европейского режиссера.

Академтеатр оказался не самостоятельным театром, а камерной сценой прославленного Бургтеатра, главной драматической площадки Вены, да и всей Австрии, пожалуй. Правда узнали мы это постфактум, а сначала изрядно удивились - с первой же сцены стало понятно, что в спектакле играют маститые профессионалы.

Поставила спектакль словенская режиссерка Матея Колежник. Она много и успешно работает в Германии, Австрии и других странах.

Разумеется, она не пыталась поставить костюмную классику. Действие, как легко догадаться, идеально перенеслось из гоголевских времен в современность. Для пущей актуализации ревизору добавили целей - проверки провинциалов на политическую лояльность и борьбу с оппозицией.

Впрочем, Колежник не стала превращать спектакль в агитку, гоголевская комедия прекрасно работает сама. Тем не менее, её прочтение показалось мне крайне любопытным. Акценты она расставила несколько иначе, чем я ожидал (или привык с детства?).

Особенно хорош её Хлестаков. Он не ничтожество, а талантливый авантюрист (ближе к Остапу Бендеру). Он видит возможность и блестяще её использует, вживаясь в новый образ и добиваясь полной власти над городничим.

При том, что городничий тоже отнюдь не провинциальный лапоть. Он опытный коррупционер и тёртый калач. Как раз на его примере режиссер показывает, как страх полностью вытесняет опыт, разум и логику.

Очень интересно решена фигура жены городничего. Её флирт с Хлестаковым не банально комичен, как в классических постановках. Там чувствуется надрыв. Это мечта о социальном лифте в столицу из глухой провинции, которую она ненавидит.

Не буду утомлять вас прочими подробностями, они не так интересны в пересказе. Добавлю лишь, что спектакль поставлен в стилистике черной комедии или гротеска. Есть лёгкий перебор с буффонадой и алкогольной темой (от клише “русские-водка” никуда не деться). Но общего впечатления это не испортило.

Зато фантастически здорово поработали с музыкальным оформлением. Музыкой это назвать сложно, какая-то ритмичная и тревожная пульсация. Но оказалось, что её специально заказывали композитору Берту Вреде. Получилось что-то в духе фильмов Джармуша - смесь комизма и меланхолии.

Короче говоря, шли мы на спектакль с лёгким внутренним вызовом из серии “а ну-как удивите нас”, а уходили с полноценным “вот тебе, бабушка, и юрьев день”.

Стефан Цвейг во “Вчерашнем мире” писал, что театральная жизнь Вены была душой города. Кажется, эту традицию удалось сохранить, раз такого качества спектакли играют на маленьких камерных сценах…

Знаменитый искусствовед Аркадий Ипполитов в своей книге «Только Венеция. Образы Италии XXI» (в названии отсылка к “Образам Италии” Павла Муратова) писал, что единственный способ узнать и полюбить Венецию, это выбросить любые путеводители, карты и навигаторы.

Туристические маршруты это зло, согласились мы с Ипполитовым и самонадеянно взялись за подготовку маршрута антитуристического. Наш личный опыт подсказал нам логику - идти по церквям и скуолам Венеции, чтобы насладиться великим произведениями искусства без толп и очередей.

Это я к тому, что на нашем YouTube-канале вышло очередное видео, которым мы завершаем наш венецианский цикл.

На сей раз мы идем от кампо и церкви Санто-Стефано к церквям Санта-Мария-дель-Джильо, Сан-Мозе и Сан-Дзаккария. После этого скуола Сан-Джорджо-дельи-Скьявони с шедеврами Карпаччо. Заканчиваем на кампо Санти-Джованни-э-Паоло у одноименной церкви и статуи кондотьера Коллеони работы Андреа Верроккьо, учителя Леонардо.

По дороге рассуждаем об избыточности венецианского барокко, гордыне патрицианских семей, безжалостной (и несправедливой) критике Джона Рёскина и уникальном архитектурном стиле, рожденном на стыке эпох.

Собираетесь вы в Венецию или нет, это не так важно. Главное, что у вас есть возможность прогуляться по ней виртуально в любой момент. Или послать друзьям, которые вдруг оказались в этом прекрасном городе и хотели бы вырваться из безжалостных объятий турпотока.

Будем рады, если вы поделитесь своими впечатлениями от просмотра. Ну и, конечно, предлагайте новые города для походов за великим искусством.

И тогда мы, как герои пьесы Метерлинка, отправимся в новое путешествие, распевая “Мы длинной вереницей идем за Синей Птицей…” (далее следуют фантазии о светлом искусствоведческом будущем)

https://www.youtube.com/watch?v=U98ngO2QyBg

Все самые старые города Австрии основаны римлянами и лежат вдоль Дуная (исключение - Зальцбург, он на дороге домой в Рим). Кроме городов от римлян остались виноградники. Ребята знали толк в жизни и мудро рассудили, что придунайские холмы, и без того живописные, очень выиграют, если на их склонах будет расти виноградная лоза. Поэтому в этих местах производятся превосходные рислинги, грюнер-вельтлинеры и прочие замечательные сорта.

Здесь же в 1450 году рыцарь Ульрих фон Графенек построил каменный замок с оборонительным рвом и дал ему свое имя. Оно сохранилось сквозь века, хотя владельцы менялись многократно. Сейчас замок Графенэгг принадлежит аристократическому семейству Меттерних-Шандор. Да, да, потомкам того самого канцлера Меттерниха, который провел в Вене в 1814 году знаменитый конгресс победителей над Наполеоном.

Но кто бы сегодня вспомнил об этом, если бы 20 лет назад другой великий австриец, на сей раз пианист Рудольф Бухбиндер, не договорился с Тассило Меттернихом о том, чтобы проводить здесь летом музыкальный фестиваль. В итоге на территории парка построили огромную сцену (что-то вроде летней эстрады в советских парках отдыха, да простят мне это сравнение), вокруг которой античным амфитеатром расположены места для зрителей.

Идея, как сейчас говорят, зашла. Сюда приезжают выступить ведущие музыканты и оркестры мира. Оно и понятно, оперные и классические опен-эйры сейчас в большой моде.

Вчера добрались сюда и мы. Если описывать кратко - сочетание невероятной красоты парка и замка с музыкальным исполнением наивысшего качества производит волшебное впечатление. Постоянно ловишь себя на мысли, что ты не понимаешь, в какой ты реальности. Одним словом, аристократический антураж как нельзя лучше подходит классическому репертуару.

Вчера выступал датский симфонический оркестр под управлением Фабио Луизи. В первом отделении играли 4 концерт для фортепиано Бетховена. За роялем сам маэстро Бухбиндер. Он не только руководит фестивалем, но и постоянно выходит на сцену в своём основном качестве.

Описывать музыку бессмысленно, даже не буду пытаться, а вот что меня увлекло, так это взаимодействие Бухбиндера и дирижера. На сцену они вышли вместе. Два матерых профессионала примерно одного поколения (70-80 лет). Каждый их жест излучал достоинство, но не тщеславное, как бывает у молодых, а проверенное временем и закаленное успехом.

Перед началом исполнения Бухбиндер и Луизи спокойно переглянулись, кивнули друг другу и заиграли. Дальше зрительный контакт им уже не был нужен, бокового зрения достаточно. Иногда, когда оркестр заканчивал ведущую роль, Луизи элегантным жестом кисти словно передавал её фортепиано. Точно так же Бухбиндер, когда заканчивал сольную часть, едва заметным жестом поворачивал голову к дирижеру, и тот подхватывал ведение.

Лишь ближе к финалу, когда рондо стало радостным и стремительным, дирижер и солист позволили себе переглянуться и обменяться сдержанным улыбками. Что они означали, можно лишь догадываться. Признание в удовольствии от совместного исполнения?

По окончании концерта Бухбиндер на бис сыграл финал из бетховенской “Бури”. Вопреки названию это самый нежный отрывок из всех его фортепианных сочинений (на мой скромный вкус). Публика оценила выбор - вечернее небо графского парка взорвалось криками браво.

Вот такая прекрасная новая точка на карте музыкальных фестивалей Австрии открылась нам вчера. Теперь будем заезжать сюда частенько.

P.S. А еще здесь в баре можно взять корзину для пикника, расположиться рядом на лужайке и наслаждаться одновременно музыкой и плодами труда местных виноделов. Опытные посетители так и поступают