«Северсталь» за первое полугодие 2026-го совершила кульбит: 43,6 млрд руб. прибыли годом ранее превратились в 4,7 млрд убытка. Разворот почти на 48 млрд. Частный случай плохого квартала у одного металлурга? Нет. Диагноз. Причем, целому классу тяжеловесов.

По данным Росстата за январь–июль, число убыточных отраслей выросло с трёх до одиннадцати, каждая третья компания работает в минус. Совокупный провал — около 816 млрд руб. Но концентрация боли куда интереснее суммы: три отрасли — металлургия (–269,3 млрд руб.), финансы и страхование (–247 млрд руб.) и угледобыча (–178,2 млрд руб.) — тянут на себя 85% всего убытка. Остальные восемь позиций, от деревообработки до музеев с их символическими –0,3 млрд руб., — статистический фон. Дорогие кредиты, повышение НДС, разогнавшиеся расходы на зарплаты, топливо и логистику. Главный капкан — переложить эти издержки в цены не выходит. Потребительский спрос слишком слаб, чтобы оплатить банкет.

Вот, где скрытый сюжет. Когда маржу теряет пассажирский транспорт или почта — это привычная история дотационных секторов. Когда в минус уходят металлурги и банкиры, то есть кредиторы и производители базового сырья, под вопросом оказывается платежеспособность всей цепочки, которая на них опирается. Издержки, которые не вшили в ценник, никуда не исчезают — они съедают прибыль, затем инвестиционные бюджеты, а в финале оседают сокращёнными сменами и отложенной модернизацией. Платить за это будет не абстрактная «отрасль». А конкретный поставщик, которому задержат оплату. Работник, чью премию тихо вычтут из восстановления маржи.

@nebrexnya