Вопросы все еще остаются: “Что с Европой”?

Я много говорил о Закулисье и масонах. Эти темы я знаю не через конспирологические выдумки, а во первых, по истории их развития с 15 века, во вторых, по опыту личного взаимодействия, и в третьих, по реакции рассматриваемых субъектов на вызовы современности.

Все эти темы имеют практическое значение исключительно при ответе на вопрос: Как черти влияют и что реально находится в их силах?

Еще 30 лет назад европейское Закулисье контролировало всё:
Суды
Индустрию
Внешнюю политику
Образование, здравоохранение,
СМИ
Финансы
Бизнес,
Науку и пр.

Сегодня Закулисье контролирует лишь Суды (правоохранителей), Администрацию и Казну.

Индустрия дышит на ладан, финансы на пределе, (маневра нет), Наука не может найти прикладное применение в умирающей экономике, и потому уходит из ЕС, Образование сдохло, и поддерживается точечно через частные школы, СМИ никто не верит, Внешней Политикой можно не заниматься - она строится от возможностей, а возможности утрачены.

Поэтому вопрос контроля над Судами (Правоохранителями) и Администрацией это вопрос жизни или смерти для Закулисья как такового.
Закулисье больше не рулит, оно выживает.

Отсюда вывод: с судов они своей жопы не уберут до самого конца.

С другой стороны, качество судейства в Европе теперь таково, что только идиот будет инвестировать здесь деньги.

(И это кроме всех остальных проблем).

Соответственно, европейских (свободных) инвестиций не будет, но будут Китайские.

Китайцы выстраивают свою инфраструктуру внутри Европы, которая почти не нуждается в судах как в рыночном механизме: Китайские производители товаров продают их в кредит, выданный китайскими банками (закамуфлированными под европейские). То есть, весь цикл, без взаимодействия с аборигенами в качестве партнеров.

У китайцев многолетний опыт автономного предпринимательства в Европе. И для их инвестиций рыночные гарантии не нужны.

Поэтому Европа просто трансформируется изнутри в нечто иное, а Закулисье продолжит добивать и гнобить своих же, европейцев, на периферии основных процессов