Размышление о том, как слова Литургии теряют связь с живой реальностью, а молитва о мире звучит на фоне призывов к ненависти и войне. Текст честно и бережно всматривается в болезненный разрыв между богослужебной красотой и тем, чем сегодня наполнена церковная риторика.
Божественная литургия наполнена удивительными словами: они окрыляют, возвышают, одухотворяют молящихся — возносится молитва о всём мире, призываются в помощь Матерь Божия и святые, верующие предстоят, подобно херувимам… Сам Господь Иисус Христос «приходит заклатися и датися в снедь верным», и мы вкушаем Его в Таинстве Евхаристии.
Казалось бы, совершенная идиллия! Как после такого богослужения можно грешить — лгать, завидовать, гордиться? И уж тем более — как сочетается участие в Литургии и призывы к братоубийственной войне, ненависть к братьям по вере?
Проблема в том, что смысл богослужения, совместной молитвы остаётся оторванным от реальности. Люди приходят помолиться о чём-то своём, попросить помощи в делах, соединиться с Богом, но не воспринимают даже находящихся рядом как ближних, членов церковной общины. Слова Литургии оказываются прекрасными, но далёкими, не связанными с реальной жизнью. Славянский язык усиливает дистанцию, а вместо смысла рождаются искажённые, почти комические интерпретации богослужебных формул.
Если трудно понять службу, самой доходчивой её частью становится проповедь — на русском языке, лицом к народу. О чём же говорят людям священники? Хорошо, если на евангельскую тему — о милости и любви к людям; увы, гораздо чаще — либо о политике («святая Русь», «бездуховный Запад», «кругом враги»), либо о вещах житейских — мало молимся, плохо постимся, мало жертвуем на храм. Одиозные проповедники наподобие прот. Андрея Ткачева призывают людей к личному благочестию и одновременно учат вражде и ненависти к другим народам и странам. Гордость возводится в норму («мы русские, православные, лучше других людей»), имперские амбиции заменяют Царство Христово (учение о «святой Руси» процветает в стране, где в храм регулярно ходит 2–3% населения).
Другая проблема в том, что за многими текстами богослужения смысл теряется не только для мирян, но и для духовенства. Псалмы, стихиры, длинные молитвы часто читаются быстро и невнимательно, вникнуть в суть не успеваешь, призывы к миру перемежаются предложениями «разбить младенцев о камень», наказать врагов и т. д. Почему не стало проблемой для подавляющего большинства священников чтение «молитвы о победе»? Ещё один текст, прочитал поскорее — и продолжаешь службу, она и так длинная. Что именно там написано, никому не интересно (знаю священников, которые заменяют слова и целые предложения — никто из прихожан на это не реагирует). К тому же это форма лояльности государству, простая и безопасная, в отличие от иных способов проявления гражданской ответственности.
«По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собой», — учит Христос (Ин. 13:35). Это сложная заповедь — возлюбить хотя бы своих по вере, крови, национальности. Дальше — уже учение о любви к врагам, доброе отношение ко всем людям в принципе. Мир, любовь, доброта — где ещё учить этим вещам, если не в храме? Увы, вместо этого гражданская религия России, к которой быстро и неотвратимо стремится Русская Православная Церковь, предлагает ненависть к врагам, гордость за Отечество, служение правительству и государству вместо Бога. А как же слова Литургии? Они остаются просто словами, если не вложить в них смысл, не стараться стяжать мир в сердце, не следовать призыву «возлюбим друг друга».
Анонимный исповедник «Мир Всем»
❤️ Поддержать исповедника пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/donate
В криптовалюте (это анонимно и безопасно):
USDT (TRC20):
TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCVBitcoin (BTC):
1FSqTy1ASQJfQRCtNr3vWWmUjPCYHEYHEXEthereum (ETH):
0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f