На условиях анонимности мы поговорили с батюшкой, который служит в одном из провинциальных российских городов, — о том, как устроена внутренняя церковная бюрократия, какова степень свободы священника в системе и боятся ли доносов прихожан.
💬 «Раньше были требы — освятить квартиру, "колесницу" — машину то есть. И получить деньги. А сейчас все, что нужно было освятить, уже освятили.
"Колесниц" уже не так много покупают...»
«Принесли тебе 1000 рублей, а ты указал 50. Как проконтролировать? Поэтому, как правило, делали фиксированные "налоги".
В бедном подмосковном храме это будет 3–5 тысяч в месяц, в большом — миллион.
Один настоятель крупного храма попался на каком-то нарушении. Благочинный сказал: всё, теперь с твоего храма по миллиону каждый месяц в такой-то фонд. Либо снимаю. Тот ответил: хорошо. Без проблем. Миллионом больше, миллионом меньше — ничего страшного.
У тебя каждый год должен расти доход на 3%».
👉 Читайте разговор на сайте «Новой газеты»
▪️ Не открылась ссылка? Читайте тут
🟡 Считаете важным работу «Новой газеты» в России? Тогда поддержите нас пожертвованием ⤵️
