Публикуем этот текст как личное свидетельство и одновременно как свидетельство времени: о священнике, лишённом прихода и привычной церковной жизни, о Пасхе дома, о жажде Причастия, одиночестве, стыде и встрече со Христом там, где, кажется, уже ничего не осталось, кроме тишины кухни и доверия.
Заканчивается Пасха, и сегодня уже праздник Вознесения. Но хочется удержать в памяти эти дни и ретроспективно вернуться к первому дню Пасхи. Но сделать это хочется через один из любимых сюжетов пятой недели по Пасхе — беседу Христа с самарянкой.
Для меня это одна из самых трогательных историй преображения человека: воскресения из тени, из невидимости для многих. Для иудеев она — самарянка, для man’s world — женщина, для своего города и своей общины — изгой, женщина, отверженная за блуд, для пяти мужей — не-жена. И вдруг она становится живым человеком, обретает плоть, лицо, голос, достоинство. Это история воскрешения как исхода из мира теней, из духовного шеола.
Я давно хотел поделиться тем, как мы встретили Пасху 2026 года. Но откладывал из-за страха порицания, осуждения и непонимания. Пятая неделя по Пасхе вот уже четыре года — мои «именины», мой «день ангела». Как шутили прежде: если Неделя жён-мироносиц — это православный женский день, то воскресенье о расслабленном — православный аналог «23 февраля». Так вот, Неделя о самарянке в контексте моей биографии последних четырёх лет — мой день.
Потому что я, подобно самарянке, стал тенью. Боясь косых, осуждающих взглядов, порицающих комментариев в духе «ну вот зачем ушёл, это же предательство: только наёмник бежит, а добрый пастырь всегда со своими овцами», праздного любопытства с вопросами «вернуться не планируете?», «ну и как теперь ваша духовная жизнь выстраивается?» или «не жалеете о собственной глупости?», я пробираюсь тайком в храмы, где меня не знают. А это для бывшего настоятеля городского храма тяжеловато. Ищу малолюдные или отдалённые приходы и так далее.
И как же мне теперь понятны стыд и страх самарянки. Да, без служения плохо. Да, по общинной молитве скучаю. Да, без Причастия у престола невыносимо. Больно и трудно. Но ещё больнее оказаться под «расстрелом» человеческого осуждения, бестактности, ехидной иронии.
Ещё больно видеть, что у тех, кто остался, жизнь течёт благополучно, размеренно, по прежнему распорядку. Лёгкий и спокойный вход в храм по воскресеньям и праздникам, общее ликование при Причастии, просфорка с теплотой по окончании службы, милые объятия и small talk при прощании на неделю с братьями и сёстрами. Всё чинно и благородно — у них. Не у тебя.
🟦 Читайте полную версию материала на нашем сайте по этой ссылке
Авва Мирон Безоружный
❤ Поддержать «Мир Всем» и антивоенных исповедников пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/support
ℹ В криптовалюте (это анонимно и безопасно):
USDT (TRC20):
TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCVBitcoin (BTC):
bc1qget0pcrl4cn6r4vr8479nm68hm2hkm6azhxxcyEthereum (ETH):
0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f