Реновация: как благая идея обрела дурной окрас

Почему сегодня слово «реновация» многие по большей части воспринимают в негативном значении? Проведем небольшой историческо-семантический экскурс в хронологическом порядке.

2011 — в Москве начинают застраивать «ржавый» пояс — земли бывших заводов и заброшенных производств. Там возводят жилье, коммерческую и административную недвижимость. Процесс называют реновацией промзон, словосочетание активно употребляют в СМИ.

2017 — столичные власти запускают программу реновации пятиэтажек. Москвичи встречают инициативу скептически — закон нарушает конституционные права и выглядит сырым. В результате проходит протестный митинг на 20-30 тыс. человек. В итоге власти идут «навстречу» и принимают поправки в закон, но уже остается осадочек. О собянинском переселении узнают за пределами Москвы и России. Термин «реновация» признают словом года, однако оно получает негативный окрас.

2018-2019 — Справедливороссы и депутаты ЗакСа Санкт-Петербурга в разное время вносят в Госдуму два разных закона о реновации по всей России. Идет обсуждение, но процесс буксует на месте.

2020 — Правительство РФ представляет свою версию всероссийской реновации. Этот законопроект принимают в конце года. В документе нет ни единого упоминания термина «реновация» — инициативу назвали «комплексным развитием территории» (КРТ) — Глава 10 Градостроительного кодекса РФ.

2021 — в Москве запускают новую программу редевелопмента промзон под названием «Индустриальные кварталы». От термина «реновация» уходят, поскольку так называется программа расселения пятиэтажек. Ну и само слово уже закрепилось в сознании людей с негативным окрасом.

2022 — Власти Санкт-Петербурга принимают резонансный закон о реновации пятиэтажек. В документе нет ни одного упоминания того самого термина. В народе законопроект сразу же окрестили «реновацией по-московски»/«бегловской реновацией». Жители выступают против, дело взял на контроль СКР. Продолжение следует...