⭐️⭐️ 🤩🤩🤩🤩🤩🤩
⭐️⭐️ 🤩🤩🤩🤩
⭐️⭐️
⭐️⭐️🤩🤩🤩
⭐️⭐️ ⭐️⭐️ #𝘤𝘩𝘢𝘱𝘵𝘦𝘳.
⭐️⭐️ 🤩🤩🤩🤩 🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩

⭐️⭐️⭐️

Мне посчастливилось родиться во Фьерде. Край, где слабые не выживают, правда выковывается в стуже и твердости веры. Нас с сестрой всегда растили в уважении к закону, правилам и Джелю...

🤩текло холодом жгло пальцы до костей, но отходить от окна не хотелось. Нам с сестрой было от силы лет по восемь. На улице выла метель, швыряя в деревянные ставни охапки белого крошева, а мы сидели на низкой лавке, поджав ноги. Анья прижалась к моему плечу и совсем тихо, едва разжимая губы, выдохнула.

— Вот бы уметь сорвать этот ветер с улицы. Чтобы он слушался, как прирученный волк. Представляешь, приказать ему — и он поднимет нас прямо к звездам...

Отец услышал. В тот же миг его тяжелый кулак с треском обрушился на дубовый стол. Глиняные миски звякнули, огарки свечей дернулись, а мы с сестрой вздрогнули и зажали уши.

— Замолчи! — его голос перекрыл бурю за стенами. — В этом доме не смеют славить демоническую дрянь! Всё, что рвёт землю и губит людей — от нечистой крови Гришей. Наша сила — в камне, в законе и в Джеле! Ещё раз услышу глупости про силу тех — выгоню на мороз на всю ночь!

Мы вжались в угол, не понимая, за что на нас обрушилась такая ярость. Разве, детям нельзя мечтать? Почему обычные детские слова могли так ожесточить отца? В ту ночь мы молча делили одно одеяло на двоих, дрожали и обещали себе всегда держаться вместе, что бы ни случилось.

Но годы шли. Мы выросли.

Я училась сжимать меч, славить Джеля и чтить фьерданский порядок. Для меня закон был единственной защитой от хаоса. Анья же всё чаще смотрела на горы с тоской, от которой у меня стыла кровь. Она часто сравнивала их с Сикурзоем, слушая истории от тех, кого ещё не успели казнить. Наша вера раскололась по мелким трещинам. Я видела в наших правилах спасение, а она — глухую клетку. Ссоры вспыхивали из ничего. Разговоры всё чаще сводились к хрипоте, а слова стали резать больно и наотмашь, как неотточенная сталь. Мы перестали слышать друг друга, разделившись на два враждующих лагеря под одной крышей.

А потом Анья ушла. Сбежала посреди ночи в самую лютую стужу, оставив после себя лишь распахнутую дверь, гуляющий по полу ледяной сквозняк и страшную правду, к которой я оказалась не готова. Отец рассказал, что детская мечта моей сестры никогда не была просто фантазией. В её жилах текла именно та сила, которую он учил нас проклинать. Сестра годами смотрела мне в глаза и лгала, оскверняя всё, во что мы верили. Тогда во мне не осталось ничего, кроме злого, бьющего через край гнева к предательнице, которая с такой лёгкостью растоптала наш дом и расписалась в собственной нечисти.