Росла и рушилась Вавилонская башня, разливался Нил, горел Рим, скакали куда-то по степи бешеные гунны — а на заднем плане вращалась стрелка огромных прозрачных часов.
«Род приходит, и род уходит, — говорил глухой и демонический голос за кадром, — а земля пребывает вовеки». Пелевин
Malheur, hélas ! à qui n’aura aimé que des corps, des formes, des apparences ! La mort lui ôtera tout. Tâchez d’aimer des âmes, vous les retrouverez. Victor Hugo
Связь Елены и Фауста – это попытка Гёте соединить два разных мира: античность и Средневековье. Эстетический идеал прекрасной античности и романтические идеалы средневековья — моим единением данных миров является продолжением жизни
Знаете, а ведь Вы совсем не умеете петь! - В принципе я и не претендую - Как, но ведь человек, который вышел на сцену должен - Я никому ничего не должен... Хотя, нет... я должен три сотни одному барыге из центра - То есть Вы считаете - Я могу петь мимо нот. Я могу просто орать. Я могу делать всё, что мне хочется, если тебе не нравится - не слушай!...Интересная позиция! Значит, по-Вашему каждый может выходить на сцену, делать, что ему хочется... - Вот именно! - Но почему...почему так никто не поступает? Как Вы думаете? - Как я думаю? Интересный вопрос. Жаль только адресат неверный.
Я не очень хорошо разбираюсь в изобразительном искусстве, но если картина вызывает у меня какие либо эмоции — то это круто, изумительно, влечение к картине. Partir.
Морфей.Однажды я совершил дурость, однажды я нарвался на собственную глупость, в тот день была прекрасная холодная погода в которой я не находил себе места, ибо именно данный холод пожирал меня изнутри. На протяжении двух лет я успел навраться, врал, врал, безбожно…
«Врал Боря всем и всегда. Точнее говоря, фантазировал. Не получалось врать только мне, чему он искренне удивлялся. У него глаза по-другому смотреть начинали. Как-то раз сидим: я, его сестра Ольга, Боря. Он ей что-то излагает. Она его слушает. Затем Ольга меня спрашивает: “Правда?”»
Влей мне в мертвую грудь исступленье; Не гаси этот пламень в груди, Страсть, сердец ненасытных томленье! Diva! supplicem ехаudi!
О повсюду витающий дух, Пламень, в недрах души затаенный! К медным гимнам души исступленной Преклони свой божественный слух!
В этом сердце, что чуждо измены, Будь царицей единственной, Страсть — Плоть и бархат под маской сирены; Как к вину, дай мне жадно припасть К тайной влаге густых сновидений, Жаждать трепета гибких видений!
