Утро было ясным. В воздухе ощущалась свежесть, лёгкий холодок и запах осени, словно сама погода намекала, что всё действительно начинается заново. Римус приехал на вокзал вовремя , он всегда старался быть пунктуальным. Дядя, сопровождавший его, задержался ненадолго. Сказал, что нужно просто «пройти сквозь стену» и сразу ушел. Римус скривился, когда услышал это. Врезаться в стену? Звучало глупо. Но спорить он не стал , дядю отвлекла сова с письмом, и тот ушёл, даже не оглянувшись.
Мальчик остался один. Постоял, посмотрел на стену, глубоко вдохнул и решился. В следующий миг всё изменилось. Появилась платформа, залитая солнцем и полная людей. Дети смеялись, обнимали родителей, кто-то плакал, кто-то, наоборот, прыгал от радости. Суета и шум были такими живыми, что сердце невольно сжалось. Его ведь никто не провожал. Никто не махал ему рукой вслед.
Он крепче сжал в ладонях ручку своей маленькой сумки и посмотрел на поезд. Огромный, алый, он будто светился на солнце, и на секунду Римус почувствовал, что перед ним действительно открывается новая дорога. Может, всё-таки удастся начать жизнь заново.
Коридоры поезда оказались тесными и шумными. Почти все купе были заняты.Дети уже находили друзей, смеялись, спорили, делились впечатлениями о лете. От этого весёлого шума у Римуса только разболелась голова. Он шёл дальше, пока не наткнулся на пустое купе. Тихое, спокойное, словно специально ждавшее его.
Он осторожно зашёл внутрь, поставил сумку и спрятал её под сиденье. Сел, огляделся. Простота и тишина были тем, чего ему сейчас хотелось больше всего. На нём была скромная одежда, ничего особенного, но чистая и аккуратная. Воспитатели в приюте постарались, достали хоть что-то новое. Он был благодарен за это , ведь теперь хотя бы не выглядел хуже других.
За окнами вагона поднялись клубы пара, раздался протяжный гудок, и поезд тронулся. Римус устроился поудобнее, прислонился к спинке и замер. Всё вокруг казалось чужим, но вместе с этим внутри теплилась странная надежда. Пусть впереди будут трудности, всё равно хуже, чем было раньше, вряд ли станет.
—Ты помнишь своего отца, Римус? — негромко спросил мужчина с длинной белой бородой, внимательно вглядываясь в мальчика. Его голос был мягким, но за спокойствием чувствовалась сила.
—Немного… — тихо ответил Римус, сжимая пальцы, пока женщина осторожно промывала и перевязывала его раны от прошлой ночи.
—Этого достаточно, — мужчина слегка кивнул, словно остался доволен ответом.
Он терпеливо ждал, пока женщина закончит и выйдет, оставив их вдвоём. В комнате сразу стало тише, даже воздух будто замер.
—Твой отец был выдающимся волшебником, — сказал мужчина и на секунду улыбнулся так, будто перед его глазами ожила дорогая сердцу память. — Сильным, мудрым… и добрым.
Римус молчал, но в его глазах мелькнуло сомнение.
—И ты тоже не лишён этого дара, — продолжил он, делая шаг ближе.
—Что? — Римус поднял голову, не веря своим ушам. — Но я же… я же не волшебник.
—Думаешь? — мужчина слегка приподнял бровь. — Разве ты никогда не замечал за собой чего-то необычного? Вещей, которые невозможно объяснить? — Он сцепил руки за спиной, внимательно наблюдая за мальчиком. — Ты умный ребёнок, и твоё место среди таких же, как ты.
—Нет… — Римус отвёл взгляд, его голос дрогнул. — Я не смогу. Я ничего не знаю.
Мужчина наклонился чуть ближе, его взгляд стал серьёзным, но не пугающим, а ободряющим:
—Не бойся, Римус. Всё, что нужно, ты узнаешь. Главное верить, что ты способен на большее, чем думаешь.
—Тук-тук… эм, мы не нашли свободное купе. Можно к тебе? — послышался звонкий голос из-за двери.