Что-то не так? - Голос напротив немного напрягся.
Что Вы, не конечно, Вам нужно просто обработать рану. Кинжал, дурак я, проржавел, а я и не заметил. Вы же не хотите, чтобы у вас началось воспаление?
Мужчина напротив замотал головой, поверил, как и предыдущая девчонка. Ведьмы молодые, раз не знают о такой по дурацки очевидной уловке, значит избавиться от нее и её подружки будет не сложно. Главное - не тянуть. остальная очередь прошла без происшествий,  кого то удалось повернуть еще на входе, кого то пришлось выволакивать. Один не очень молодой мужчина забился в истерике, проклиная всё на свете и обвиняя всех в том, что ему нечем кормить свою семью. Александр не предпринял ничего, чтобы решить случившийся казус, побрезговал и отдал работу на плечи всё ещё нервной страже.

Уильям распинался, рассказывал о том как для него и его семьи важен этот день и как он благодарен всем пришедшим. Впрочем, о чём именно говорил Уильям Александр знать наверняка не мог. Поиграв с секунду с клинком он убрал его обратно в ножны и направился к отдельной, специально подготовленной для будущего “линчевания” комнаты. Стражи у комнаты не было, они были внутри, что не сулило ничего хорошего. Для стражи, разумеется. Вне зависимости от того, что с ними делают и что заставят их сделать они уже не жильцы, а двумя трупами больше или меньше - такая “проблема” не заботила Александра и вовсе.

Как не заботило и то, что первого стражника пришлось приложить головой об стену. Раза два три, когда тот сделал выпад в сторону охотника стоило двери едва приоткрыться. Сказать что без Ла'атши Александр бы столкнулся с невероятными сложности и на этом моменте было бы наглой ложью и откровенным унижением его достоинства. Но отрицать тот факт, что благодаря зелью череп несчастного и, скорее всего, всего осознающего стражника лопнул как арбуз уже на второй удар не стоило. Второму, чуть более мелкому и проворному пришлось уделить чуть больше внимания, когда темноволосый одержимый попытался сделать очередной выпад вправо, в то время как, не стоит забывать, двое виноыниц торжества пытались разъесть прутья комнаты завалявшейся у них в сумка кислотой, Александр успел достать клинок из ножен. Лезвие вошло в металлические одеяния как в масло, по крайней мере так ощущалось, по правде же говоря скрежет и рёв стоял такой, что даже ведьмам пришлось закрыть уши. Простоял стражник в таком положение недолго, а жалобные, сопровождающиеся тихими, почти мяукающими, стонами, попытки запихнуть собственные кишки и желудок обратно в живот не увенчались успехом.
- Вам бы переодеться. - Тихо шикнул Уильям, когда в официальное помещение всё таки вернулся Александр. В центре комнаты молодая девушка скармливала паре добровольцев пустые булки, от которых закинуть себе на плечо лошадь казалось детской дабавой. Очень сподручно, но не впечатляюще от слова совсем.
- Мне не во что.
- А я Вам предлагал.
- Ну а я отказался, что теперь руками разводить. Зато всем теперь будет ясно что я не шучу.
- Ну хоть что-то....
Очередь тянулась ну до убийственного медленно: скучно, вяло, ужасно однотипно и похоже друг на друга. Осталось только двое, Ришелье, что пришёл официально и с письмом, но по какой-то причине изволил идти в конце, и тот чудаковатый бродяжка. Короче говоря - даже того ничтожного и "постыдного" интереса не осталось даже надгробия.

- А что насчёт аллергии? - брови Александра были одобрительно вздернуты вверх, когла тот вернулся чуть ли не с самого дальнего конца имения. Пыльца, предложенная Ришелье слегка мерцала золотом и голубоватой дрянью, какие камни или артефакты использовало это длинноволосое надменное чучело конечно было не узнать. И не спросить. Карие глаза алхимика прищуривались в довольном ехидстве, а со рта сделало либо "рано", "скажу позже", то есть никогда. - Говорить приходиться буквально в пыльцу, не спровоцирует ли это каких либо нежелательных реакций?

- Нет. - певуче ответил Ришелье, играя с пыльцой пальцами и внимательно разглядывая окружение. - Проверено на 135 людях, все здоровы как медведи. А пользвотватся подобной вещью можно вне зависимости от расстояния. Пыльца не передаёт, а мимикрирутет под человеческую речь. Трётся друг друга, ударяется, вместе с камнями разумеется. Остальное вы знаете.

Александр кивнул, не столько самому Ришелье, сколько Уильяму, одобряя возможную кандидатуру молодого человека. - Следующий. - раздался голос одного из стражников

Голос стражника наконец вырвал Роберта из раздумий. Он даже не заметил как подошла его очередь. Конечно, ведь как можно уследить за чем-то, когда твоя голова забита всем подряд? Эта лепнина, эти картины на стенах, эта ровная укладка плитки на полу. Каждая трещинка и зазор завлекали внимание парня, заставляя задуматься и представить как же они тут появились. К слову о портретах – Роберта довольно повеселил семейный портрет герцога. Особенно то, что глава семьи "похож на раздутого кабана". На глупое хихиканье даже оглянулись некоторые алхимики из очереди, однако парнишку это совсем не волновало.

Когда объявили его очередь он почти подскочил со своего места. Поглубже засунув руки в карманы и выпрямив спину Роберт зашлепал босыми ногами в комнату. "Жюри" встретило его совсем не радушно. Джозефина, прикрыв половину лица веером, явно поморщилась, стараясь сдержать рвотный позыв от легкого, но все же не очень приятного, шлейфа пота. Стража заметно напряглась, точно готовясь в любой момент выставить бродягу. А глава семейства, Уильям, смешно фыркнул в свои усы, слегка дернув животом от быстрого выдоха. Запах от Роберта и правда стоял не самый приятный. На улице аромат был не так заметен, но, насидевшись в четырех стенах, он явно стал сильнее. Отчетливее всего чувствовался слегка кисловатый запах пота, следом за которым слышались приторные нотки чего-то непонятного с примесью пыли и земли. Что это был за сладковатый запах? Лишь единицы смогли бы узнать его. Мясо. От Роберта несло легким душком гниющего трупа.

— День добрый, прекрасные люди! — наконец широко улыбнулся Роберт, обличив пару отсутствующих зубов и передний железный. Было видно что его мало волнует реакция окружающих на его появление. — Я Роберт. Роб. Робби. Берт. Да зовите как хотите! Вы же еще не выбрали алхимика, верно? Так вот он я! Готов быть вашим весь, целиком!

— кхм.. — Наконец откашлялся Уильям, бросив на Александра крайне растерянный взгляд. Он негодовал, как столь серьезный и опытный охотник мог допустить в его владения, а тем более в его поместье, такого "неоднозначного" человека. — для начала, Роберт, будьте добры, показать нам что-то действительно ценное.

— Ценное? Монетами не богат, господин. Но есть кое-что интересное — Уже с более хитрой улыбкой протянул Роберт, засовывая руки поглубже в свои бездонные карманы. Немного пошерудив в мешковатой ткани он слегка прищурился, окидывая взглядом всех присутствующих, будто уже представляя и смакуя их реакцию. Всего спустя секунд пять Роберт вытащил из правого кармана те же, неаккуратно совмещенные между собой, магические артефакты, которыми он хвастался утром Александру у входа. Он гордо протянул руку вперед и солнечный свет заиграл сквозь непонятную маленькую конструкцию. Блики от магических камней красиво переливались на дорогой плитке пола.

— и это... магические камни? — Недоумевая протянула Джозефина, не убирая от лица веер, за которым она поморщилась еще сильнее. — и это все, простите?

— Что вы, красавица. Сейчас будет самое интересное. Вы своим глазам не поверите, зуб даю. — Почти промурлыкал Роберт, не спеша выуживая из левого кармана....кошачью голову. Она была старой, мерзкой и явно давно не живой. Роберт нашел дохлую кошку еще по дороге из своей деревушки, открутив от маленького облезлого трупа голову. Глаза кошки были уже совсем мутными, а из места, где раньше была шея, немного виднелся обрубленный позвоночник и из гнилой бошки на пол посыпались несколько личинок.

В комнате воцарилась гробовая тишина.

Роберт, наблюдая за искажёнными от ужаса и отвращения лицами присутствующих, лишь тихо и самодовольно хмыкнул. Он приподнял голову чуть выше и, совсем не брезгуя, засунул самодельный артефакт куда-то туда, где было основание отрубленной головы. Гнилое мясо тихо хлюпнуло, принимая инородный объект.