их устраивает такая жизнь — они мало говорят, но много слушают. предпочитают тишину — ряд поцелуев на холодной коже, ласка почти кошачья, доверие оголенное. но иногда зоро хочет спросить. а санджи — рассказать. они не могут решить, как начать. и в итоге молчат.
— какая она была? твоя мама? — он знает, что санджи уйдёт от сюда с пустой головой. и проснётся с мыслями о завтраке. зоро единственный, кого отравляет память — может, у санджи просто достаточно неприятных воспоминаний.
— добрая, — выпускает клубы дыма санджи. его лицо теряется в монохроме серого — зоро даже так видит голубизну глаз, — красивая. у неё был мягкий голос. она любила меня.
у санджи трагедия завернулась в будничную оболочку, вошла иголками под кожу, поселилась на кухне и пила чай с чабрецом. ты можешь выключить свет — но она никуда не уйдёт. будет ждать каждого рассвета и каждого заката — будет ждать тебя. у зоро всё проще. он похоронил прошлое. он не засматривался на будущее. он жил и вдыхал металлический запах — он был здесь и сейчас.
— она — единственное, что я хочу вспоминать из тех лет, — отрешенно смаргивает санджи — он помнит всё и даже больше.
зоро хватается за каждое слово так, будто от этого зависит его жизнь. санджи забудет — но он будет знать, что творится в этой дурной голове. о чём она бьётся и о чём вздыхает. с чем борется и за кого стоит.
— ты сказал однажды, что я не ассоциируюсь у тебя со смертью, — тревожит зачем-то прошлое зоро, — с чем же тогда?
— мм, — санджи ложится на стол и растягивается лениво, — я смотрю на тебя, когда думаю о прошлом. или тревожусь о будущем.
он выводит пальцами круги. зоро перехватывает его ладонь — шрамы к шрамам.
— ты — моё настоящее, — осторожно выкладывает санджи и хмурится. злиться на разбегающиеся слова. на жужжащие мысли. прерывает сам себя, спотыкается. исправляется: — ты — моя жизнь.
зоро не скрывает ухмылку. говорит:
— я тоже тебя люблю, — почему бы и нет? санджи ни слова не вспомнит утром.
блондин заливается краской и это доводит мечника до икающих приступов смеха. санджи не разделяет его веселья и пытается потушить сигарету о его робу.
поднимается крик, кто-то из каюты просит их угомониться, они осыпают друг друга оскорблениями, но не отпускают рук. зоро возвращает его в покои правой руки. вынимает заколки из волос. вызволяет из рубашки. и отправляет спать.
— маримо. маримо, проснись.
утро застаёт их врасплох настойчивыми лучами. зоро морщится и отказывается функционировать.
— трава-вместо-мозгов. маримо. зоро, моря ради!
он открывает один глаз. потом вспоминает, что у него всего один глаз. санджи смотрит на него перепугано, но настойчиво. зоро не до конца проснулся — этим он будет оправдывать ступор, вызванным следующим вопросом:
— ты любишь меня?
санджи не отрывает взгляд — не моргает почти. зоро хочет спросить, не идиот ли он. ответ, так или иначе, очевиден, поэтому зоро передумывает. санджи серьёзен. боги, он так красив и так глуп. зоро едва сдерживается, чтобы не поцеловать его в хмурый лоб.
— да, люблю, — глаза санджи комично расширяются, — у тебя проблемы?
санджи пихает его в плечо. возможно, заслуженно.
— это у тебя проблемы с головой, но мне, пожалуй, придётся смириться, — он страдальчески вздыхает. зоро закатывает глаз. санджи елозит на месте, подвигаясь ближе. рука зоро всё ещё покоится на его талии — они один раз так уснули и больше не задавали вопросов.
— потому что я, кажется, тоже тебя люблю.
он помнит. зоро понимает только сейчас. он помнит их вчерашний разговор. возможно, он помнит все предыдущие. возможно, он запомнил этот чисто случайно. однажды санджи расскажет — а пока зоро притягивает его к себе и целует в открытый лоб. у них ещё есть время. у них впереди — целая вечность.
#фандомы #зосаны
🔯