#скетчи

🔯ㅤㅤㅤㅤ🌟ㅤㅤㅤㅤ✅

— ты не ассоциируешься у меня со смертью, — говорит санджи и глазами уплывает в направление окна. зоро вертит в руках бутылку сакэ — наполовину пустую, — и наблюдает, как лунный свет бегает по стеклянному горлышку.

когда они пьют — они не ругаются. санджи смотрит отрешенно в свой стакан и заливается хохотом. в такие моменты зоро почти его любит. но иногда настроение меняется — груз прошлого, сокрытые тайны, забытые обиды и печали. иногда санджи также блуждает глазами, но смеха нет и следа. иногда санджи говорит белиберду, несвязные слова и некрасивые предложения, которые зоро старательно пытается разобрать.

— и с чем тогда? — спрашивает он, сжимая бутылку пальцами. — ассоциируюсь.

санджи мычит в ладонь, силой поворачивает голову обратно к столу. трещины в дереве, кажется, привораживают всё его внимание. проходят долгие минуты, мужчина за соседнем столом падает лицом в свой ужин, женщина у входа тростью отстукивает движения секундной стрелки. зоро перестаёт ждать ответа. луна скрывается за облаками. им пора домой.

дни спустя — новый остров, осень висит на листьях, — санджи тянет его за продуктами. всю дорогу жалуется на что-то своё, переругивается с продавцами и оттягивает зоро за рукав, чтобы не потерялся. зоро не теряется, зоро следует прямой линии. не его вина, что иногда эта линия странным образом изгибается.

— время от времени я смотрю на тебя и...вспоминаю о ней.

они зашли в бар у пляжа. небольшой зал, увешанный фонариками и плакатами со специальными предложениями. санджи намеренно выбрал "приличное" место, чтобы это не значило. зоро плевать где пить — лишь бы было что пить. но бар ему нравится. фонарики не белые-слепящие, но отзывчиво-жёлтые.

санджи опять заводит ту же шарманку — абсурдность и беспорядочность. зоро редко его понимает. и всё равно слушает.

— о ком? — спрашивает он, опрокидывая стакан рома. санджи морщится на это движение — ещё не совсем пьян.

— манеры, маримо, манеры, — причитает он, будто кого-то здесь заботит что-то столь мелочное. зоро жмёт плечами. их разговор меняет курс, ломается на середине, скашивается в бок чуть-чуть — и зоро уже не может вернуться в точку отсчёта.

зоро лежит рядом с мандариновыми деревьями, когда в его ногу что-то настойчиво врезается. хаки не бьёт тревогу — и он медленно открывает глаз. санджи смотрит на него сверху вниз и в руке держит бутылку сакэ. вертит ей в приглашающем жесте. удивительный акт щедрости.

на кухне горит фонарь — санджи оставляет минимум света после ужина, хотя фрэнки не раз убеждал его, что ничего страшного с электроэнергией не случится. кук расположился за противоположной стороной стола, подперев подбородок рукой. в ней тлеет сигарета. в другой — стакан сакэ.

— знаешь, о чём я жалею?

зоро вздыхает. он помнит каждый их разговор — санджи просыпается с дырой в голове.

— нет. о чём? — он не ждёт ответа. давно уже перестал ждать. санджи улетает куда-то далеко, болтает нескончаемо про рецепты и мистический океан, про любимые сорта яблок и про остроту ножей. каждый раз, когда он касается неловко чего-то личного — сворачивает с пути, сбивается и перерождается.

но в этот раз ответ зоро всё же получает:

— о том, что не посетил её могилу, — санджи ведёт сигаретой по воздуху — только ему понятный узор. зоро ставит пустую бутылку на стол, поднимает глаз на блондина. он знает, что с ним случилось что-то страшное, несправедливое — иначе луффи бы вернулся в вано раньше. но он не знает что именно — никогда не спрашивал, санджи никогда не говорил.

— чью могилу? — за ними — след трупов. друзей, врагов. союзников, жертв. но есть те, мысли о которых до сих пор являются в кошмарах. санджи иногда кричит во сне. зоро не спит и обнимает со спины.

— мамы, — слетает с его губ, и он, кажется, также удивлён, как зоро.

они смотрят друг на друга в тишине — мерно качается на волнах санни. санджи никогда не обещал ему сердце на серебряном подносе. никто не заметил, как они плавно перешли от нескончаемых споров к бесконечному обожанию. как случайные касания превратились в намеренные. как покои правой руки стали использоваться чаще.