Это, несомненно, плохо, но в первую очередь – для самого Ирана, пишет Рэй Такейх в Foreign Affairs. Как только Иран проведет ядерные испытания, запустится цепь реакции, в том числе:
• США и их союзники введут еще более жесткие санкции против Ирана, окончательно изолировав его от западного мира. Это может означать и отключение от международных банковских систем, и аресты зарубежных счетов, и еще более строгий запрет на торговлю. Конечно, Китай, например, продолжит закупать часть его нефти. Но Япония и Южная Корея должны будут прекратить это делать. • Получение бомбы также подорвет стремление режима к гегемонии на Ближнем Востоке: ядерное оружие может спровоцировать региональную гонку вооружений. Трудно представить, что Саудовская Аравия будет стоять в стороне, когда их главный соперник будет грозиться атомным арсеналом. Турция, отчаянно желающая стать значимой державой в регионе, также может включиться в игру. Ближний Восток внезапно станет более нестабильным, и Иран окажется в меньшей безопасности. • Как ни парадоксально, ядерный Иран приведет к единению политиков в Вашингтоне. Мало какая другая международная тема так сильно разделила республиканцев и демократов за последние несколько лет. Демократы обвиняют республиканцев в разжигании войны, республиканцы осуждают демократов как сторонников компромисса. После решения ядерного вопроса у обеих партий появятся стимулы для более жестких действий в отношении Ирана. Исламская Республика обнаружит реальность, которую в конечном итоге осознали все другие государства, обладающие ядерным оружием, включая Соединенные Штаты и Советский Союз: практически невозможно превратить атомный потенциал в стратегическое преимущество. Режим потратил миллиарды долларов на свою атомную программу и подвергся масштабным санкциям. Когда он, наконец, добьется успеха и обнаружит, что это не приносит никакой стратегической выгоды и еще больше усугубляет его экономические дилеммы, он столкнется с взрывоопасной внутриполитической реакцией. Когда бомба, которая, как обещал режим, повысит престиж страны, вместо этого лишь еще больше опустошит ее казну, общественное возмущение может привести к взрыву.
Конечно, Иран прекрасно умеет справляться даже с самыми массовыми протестами. Но, вероятно, если что-то и может стать последней каплей, то это окончательный крах надежд на восстановление экономики благодаря ядерному соглашению и на рост престижа страны благодаря ядерной бомбе.
Это все, как мне кажется, имеющие смысл соображения, которые стоит принимать в расчет. Но не стоит забывать и о том, что падение иранского режима предсказывают примерно раз в пятилетку – а он и ныне там; а также что возможности и желание «союзников» США – и в Европе, и на Ближнем Востоке – полагаться на них и действовать сообща сильно поистрепались за последние годы.
