Кстати, об угонах самолётов и неожиданных посадках.

19 сентября 1995 года бортпроводник иранской авиакомпании Kish Air Реза Джаббари достал пистолет на борту Boeing 707, который летел из Тегерана на курортный остров Киш, и потребовал сменить курс. Он не выдвинул политических требований и не предложил обмена заложников на что-то: судя по всему, ему просто надоело жить в Исламской республике.

Самолёт запросил разрешение на посадку в Саудовской Аравии и Иордании, но те разрешения не дали. Когда топливо стало заканчиваться, пилот направил сигнал в Израиль, сообщив, что без разрешения на посадку самолёт разобьется. Израиль принял больше 170 иранцев на авиабазе «Увда» недалеко от Эйлата. Угонщик сдался меньше чем через час. Пассажиров, среди которых были женщины и маленькие дети, отвели в зал на базе, накормили и выдали подгузники и молоко.

На следующий день, 20 сентября, самолёт вместе со всеми пассажирами вылетел обратно в Иран в сопровождении двух израильских F-16.

Но не без возражений со стороны правых израильских политиков. Они требовали задержать иранцев и потребовать от Тегерана информации о пропавшем в Ливане в 1986 году израильском штурмане Роне Араде.

Но правительство Ицхака Рабина решило иначе. Рабин объяснил, что Израиль не намерен поддерживать воздушное пиратство, а кабинет отдельно подчеркнул, что делает это несмотря на враждебность иранского режима.

Тегеран в ответ обвинил Израиль в сговоре с угонщиком. Сам Джаббари получил восемь лет за воздушное пиратство, отсидел половину в израильской тюрьме, после чего поселился в Эйлате и со временем перешел в иудаизм. Рона Арада так и не вернули.