Он не сразу решился отпустить дверную ручку. Пальцы всё ещё сжимали холодный металл, единственную точку опоры в этом качающемся мире. Михаил стоял, прикрыв глаза, слушая, как гул в ушах постепенно стихает. Голова перестала кружиться, но тяжесть в ногах осталась.
Он медленно, с осторожностью разжал пальцы.Спина коснулась двери - тёплого дерева, пахнущего лаком и старыми бумагами. Ноги больше не держали. Михаил позволил себе медленно сползти вниз, пока не оказался сидящим на полу, прислонившись спиной к двери.
Пол был холодным. Он чувствовал его даже сквозь форменные брюки. Откинул голову назад, упёрся затылком в деревянную поверхность и закрыл глаза. Дышал медленно, глубоко - так, как учили когда-то в молодости: вдох, пауза, выдох. С каждым выдохом из тела уходила липкая слабость, уступая место простой человеческой усталости.
Он сидел так долго, не шевелясь. Тишина кабинета больше не давила, она обволакивала, как тёплое одеяло. Где-то за стеной тикали часы. Где-то далеко гудел город. Здесь, на полу, у двери, время замедлилось.
Михаил приоткрыл глаза, посмотрел на свои руки. Пальцы перестали дрожать. Дыхание выровнялось. Он провёл ладонью по лицу, чувствуя, как уходит напряжение. Вставать не хотелось. Он знал, что должен - бумаги ждут, отчёты требуют подписи, шифровки лежат неразобранные. Но сейчас, в эту минуту, он позволил себе просто посидеть.
Просто побыть.
Он сидел у двери, слушая своё дыхание. И это было лучшее лекарство, которое он мог себе позволить.
Post #41
42
- 🔥 3