«В восточных православных Церквах нет такой разницы между положением архиерея и положением священника, какая существовала в нашей Церкви. Там и в материальном обеспечении разница между архиереем и священником не столь уж значительна, и в правовом отношении там священник достаточно независим: священник избирается на приход паствою, может быть лишен места только по суду; за его спиною стоит паства, могущая защитить его. У нас же было иное. Епископ магнат, в сравнении с ним священник пролетарий. Епископ владыка, владычествующий прежде всего над священником. Мирянин подчинен епископу, пока признает его. Если же он не признает епископа, то может и не подчиняться ему. Но священник всегда и во всем зависим от архиерея. Архиерей дал ему благодатный дар, но он же без суда и следствия может приостановить действие этого дара (запрещение в священнослужении); в его власти и отнять у священника сан. Епископ может облагодетельствовать священника, назначив его на хороший приход, но может также поставить его в невозможные условия существования, переведя многосемейного на бедный или разоренный приход, может постепенно довести его до нищенства, переводя с одного места на другое. За каждой из этих фраз стоят сотни, тысячи примеров. В 60-х годах прошлого века в Полоцкой епархии архиерей, исключительно по своему капризу, в течение нескольких месяцев переместил всех священников своей епархии. По крайней мере, на протяжении тридцати лет после того передавались там рассказы, как по всем дорогам тогда тянулись обозы со священническим скарбом и семействами, как перемещавшиеся, еще не доехав до места, в дороге получали новые назначения».



Протопресвитер Георгий Шавельский. «Русская церковь перед революцией».



Протопресвитер Георгий Шавельский – один из самых ярких и искренних священников прошлого века, начисто лишенный как обновленческого критиканства, так и паточного эмигрантского славословия о временах, «когда была свободной Русь и три копейки стоил гусь», а его воспоминания – важный и очень правдивый документ о положении Русской православной церкви накануне революции. А так-то, конечно – большевики пришли и разрушили безмятежную идиллию…