Чудесные исцеления в психотерапии и ещё один ключевой навык терапевта

Несколько дней назад вышло интервью общественного деятеля Максима Шевченко писателю Дмитрию Галковскому. Интервью было сфокусировано на личности интервьюируемого, значимых событиях, личном опыте (а не на политических взглядах и абстрактных ценностях), в целом благодаря (может быть со стороны малозаметным) стараниям интервьюера главный герой раскрылся... как-то лампово, человечно (для многих – в противовес известным политическим взглядам и публичной деятельности).

Одно из ключевых описанных событий (который герой пересказывал и год назад в другом интервью) это чудесное излечение от заикания (пересказывать полностью не буду, интересующиеся могут посмотреть по таймстемпу).

На анализе этого события сфокусировала своё внимание детский нейропсихолог Мериам Базейдовна, автор довольно популярного канала "Нейропсихология и приложения". Мериам Базейдовна как всегда в своих построениях блестяще свела всё к "национальному вопросу". Для разнообразия попробуем в том же жанре спекулятивной короткой заметки (т.е. в числе прочего принимая слова героя интервью на веру, хотя бы в качестве своеобразного психотерапевтического этюда) воспользоваться вместо национально-политической чуйки банальным человеколюбием и профессиональными (нейро)психологическимими знаниями.

В итоге обнаружим 3 общих (психологических) и 1 специальный (нейрологический) элемент истории:

1. Большой период сознательно выполняемой подготовительной работы. В данном случае: пациент учится сознательно контролировать дыхание, артикуляцию, походку, взгляды, ведёт записи, выполняет домашние задания и т.д. и т.п. (что не приносит успеха в лечении). Лечение таблетками также безрезультатно.
2. Контекст, подходящий для "чудесного излечения" (в данной истории наименее значимый/проявленный элемент). Особенные обстоятельства. В данном случае: пациент ходит на рутинные групповые занятия, но в итоге оказывается один (остальные "рассосались" из-за "жёстких семинаров").
3. Крайне удачно подобранная короткая реплика, привязывающая (сверх)ценность к целевому изменению: "если ты заикаешься, то ты трус". "Я трус?!", – возмущается главный герой и вспоминает, как оставался один в лесу, как постоянно бросался в драку с дразнящими одноклассниками, и т.д. и т.п. Далее со стороны специалиста следует развёрнутое описание "объективного здоровья": у пациента не было травмы головы, нет аномалий строения гортани и т.д., т.е. нет "объективных причин" для проблемы заикания. (Следовательно, он "трус"... но он точно знает, что он "не трус"...)
4. Техническая инструкция решения проблемы (также сохраняющая привязку к ценности): смотреть в глаза, думать о собеседнике, не думать о себе (всё наоборот этому "делают трусы").

Стоит отметить, что связь заикания и избыточного движения глаз многократно исследовалась как минимум последние лет 50. Наверное, это малоинтересный вопрос для практикующего детского нейропсихолога, посему в цитируемом посте он не отмечен, но ведь даже бытовые наблюдения в общении с заикающимися людьми показывают сильнейшую корреляцию момента длящегося заикания с боковым движением глаз или расфокусированным взглядом прямо перед собой (и то, и то указывает на сорт "погружения в себя"). Да и то что со значимым личным содержанием этот момент зачастую коррелирует (пусть в данном случае приходится говорить более "в среднем", чем "всегда") не секрет.

По-видимому банальное внимание к сказанному человеком и пересказ ключевых моментов истории позволяет получить более интересное (не говорю уже: полезное) описание проблемы, чем углубление в проективные фантазии.

Известно, что навык не увлекаться собственными фантазиями и не замещать ими реальные слова исследуемого человека (каким образом, например, "немолодая женщина" из истории превратилась в "молодую" в пересказе Мериам?) является ключевым для психолога-консультанта или, к примеру, следователя :)

Кстати, приведённая структура "истории чудесного исцеления" является типовой. Все указанные элементы являются необходимыми, но, увы, едва ли достаточными.

#psychology