Как их обследовать? Какими способами оценить их психическое здоровье? Для психиатрической диагностики принципиально важным является «объективный анамнез» - опрос родственников и знакомых обследуемого о его возможных психических расстройствах, нелепостях поведения и бредовых высказываниях. Если обычно с объективным анамнезом у психиатра проблем не бывает (чаще всего сами родственники становятся инициаторами обращения к психиатру или если он самостоятельно обращается, то у него есть жалобы на состояние здоровья), то в анализируемом случае родственникам, знакомым и соратникам кандидата в президенты нет никаких резонов давать истинные сведения. Они могут не давать их вовсе. Это - не суд, где свидетель обязан давать показания. Остается предположить, что эти принципиально важные для диагностики сведения психиатр будет черпать лишь из мемуаров обследуемого, его речей и публичных выступлений.
Психиатра в подобном случае оставят без основного инструмента исследования, необходимого для освидетельствования. «Но разве публичных высказываний и поведения кандидата в президенты недостаточно для этого?» - спросит пытливый читатель. Согласимся, при очевидной патологии действительно этого может оказаться достаточно. Но ведь речь чаще всего идет не о явной патологии.
Допустим все же, что эксперты станут рассматривать эти данные. К примеру, комиссии психиатров будут доложены факты, что политик А. крайне невыдержан, вспыльчив, груб, конфликтен, склонен к псевдологии (одна ложь в его речах сменяет другую, а при уличении его во лжи он отрицает все, что говорил ранее), явно переоценивает собственные способности, не выносит критики в свой адрес, любит беспрекословное подчинение, строит «грандиозные, фантастические планы», без тени смущения обещает избирателям то, чего сделать по объективным причинам не сможет. На основании перечисленных фактов комиссия может предположить, что А. страдает психическим расстройством в виде психопатии.
О другом кандидате в президенты Б. комиссии, к примеру, станет известно, что он склонен к резким колебаниям настроения - от эйфории с эксцентричным поведением (вплоть до неуместного пританцовывания на светском рауте) до эпизодов плохого настроения с резкостью высказываний и гневливостью, что он периодически употребляет спиртные напитки, что нарушает его рабочий ритм. Ставшие известными психиатрической комиссии факты могут привести к заключению о психическом расстройстве в виде алкоголизма.
Предположим, что сведения о третьем кандидате в президенты В. почерпнуты экспертами из периодической печати. Возможно, из них следует, что несколько лет назад после написания научной работы о надвигающемся экономическом кризисе в стране он стал подозрительным, был убежден, что компетентные органы под видом лечения вызвали у него серьезное, чуть не приведшее к смерти заболевание, собирались насильно сделать операцию, удерживали в больнице и специально вводили опасные для жизни препараты, что, по его словам, впоследствии подтвердили японские специалисты. Психиатры-эксперты на основании перечисленных данных могут заподозрить, что В. перенес несколько лет назад психическое расстройство в виде реактивной паранойи.
Таким образом, смоделированная ситуация приводит к мысли о том, что политическая конкуренция с созданием нового закона может быть заменена конкуренцией диагнозов. Но останется непонятным, ради чего проводить освидетельствование, поскольку не будет получено ответа на вопрос о том, могут ли политики с такими диагнозами быть президентами. Является ли психопатия, алкоголизм или перенесенная паранойя противопоказанием для занятия поста президента?
Следующий дискуссионный вопрос затрагивает деликатную тему, врачебной тайны. Если в процессе освидетельствования у обследуемого будут выявлены психические расстройства, имеют ли право психиатры обнародовать их без согласия пациента?