ПЁТР И ПАВЕЛ

В культурной акционистской жизни россиян долгое время сиротливо присутствовал только Петр - Петр Павленский.
И вот наконец-то появился его Павел - Павел Крисевич.

Первый прибивал мошонку к брусчатке Красной площади, отрезал мочку уха на заборе Института Сербского, поджигал себя на Лубанке.
Второй – художественно вешался на Троицком мосту, приковывал наручниками к ограде, выносил новичковый «Томский чай» поджигал себя в образе Христа на Лубянке.
Перформансы первого хорошо известны искусствоведам, полицейским и психиатрам. Акции второго – пока нет. По крайней мере психиатрам он неизвестен.

Два художника-акциониста, два «апостола» - Петр и Павел. Но уж очень они не похожи друг на друга. Ну, в общем, как и положено Апостолам. Историки и искусствоведы убеждены, что настоящие Апостолы были непохожи своим путём к Иисусу. Петр был одним из ближайших учеников Христа при его земной жизни, а Павел вообще не имел никакого отношения к евангельским событиям.

Так вот. За внешним сходством акций реального Петра и реального Павла скрываются сущностные отличия. Все перформансы Павленского были безмолвными. Основную роль в них играли сторонние наблюдатели, которые своими действиями и репликами создавали искусство. За каждой из акций скрывался художественный замысел и пусть своеобразная, но эстетика. Перформансы Павла открыто политически мотивированы – для непонятливых он объясняет суть происходящего. Это превращает событие в обычный одиночный пикет.

Для психиатра интереснее Павленский, хотя я у него никакого диагноза при обследовании не обнаружил.
Но ведь психиатр – тоже человек и ценитель искусства)))