Противостояние Карла I Анжуйского, завоевавшего Сицилийское королевство, и Михаила VIII Палеолога, восстановившего Византийскую империю, было определяющим для средиземноморского мира второй половины XIII века. За Карлом стояло папство, Венеция и балканские государства «латинян», а за Михаилом – Генуя, Арагон и южноитальянские гибеллины. И тот, и другой были выдающимися политиками своего времени, однако на обоих лежала легкая тень узурпации. Так, Карл Анжуйский в 1268 году казнил 16-летнего Конрадина, швабского герцога и внука Фридриха II Гогенштауфена, который решил отвоевать корону своих предков. В этой игре престолов Конрадин, как и его дядя Манфред, потерпел поражение. Легенда гласит, что во время его казни на плаху опустился орел (символ династии), омочил крыло в крови последнего Гогенштауфена и взмыл обратно в небеса.

У Михаила Палеолога история была несколько иной, хотя и в лучших традициях византийской политической культуры. Он сначала стал соправителем малолетнего никейского императора Иоанна IV Ласкариса, а на Рождество 1261 года, спустя несколько месяцев после возвращения Константинополя, юный император был ослеплен – по приказу Михаила. Из сострадания (!) к мальчику процедура ослепления была совершена не раскаленным железом, а полуостывшим, поэтому он сохранил остатки зрения. До конца жизни несчастный слепец провел в монастыре под именем Иоасафа… После смерти Михаила его наследник Андроник II навестил монаха и даже покаялся за грех отца. Тот даровал ему прощение и подтвердил отказ от прав на престол. Вот такая она, ромейская политика.

#history #France #Byzantium