​​Средневековое мышление: порядок и хаос. Часть II

Стремясь к универсальному Порядку, средневековая культура в лице как книжников-интеллектуалов, так и простого народа все же оставляла себе простор для некоторых послаблений. Вот что писал один из докторов Парижского университета в середине XV века:

«Бочки с вином лопнут, если время от времени не открывать отверстия и не пускать в них воздуха. Все мы, люди — плохо сколоченные бочки, которые лопнут от вина мудрости, если оно будет находиться в непрерывном брожении благоговения и страха Божьего. Нужно дать ему воздух, чтобы оно не испортилось. Поэтому мы и разрешаем себе в определенные дни шутовство, чтобы потом с тем большим усердием вернуться к служению Господу».

Стремление к универсальному Порядку отвечало стремлению средневековой культуры к высшему идеалу. Осознание же этой культурой несовершенства человеческой природы и невозможности этого идеала достичь породило такой феномен, как антиповедение. Наиболее ярко оно выразилось в фигуре шута и празднике карнавала. Шут был носителем абсурда и хаоса, карнавального начала культуры Средневековья. И хотя особо ревностные поборники нравственности считали их сатанинским отродьем и приписывали им связь с миром демонов, шуты выполняли общественно важную роль осмеяния мира и несовершенства человека. Шутовское начало находилось как бы посередине между святым и бесовским, не относя себя полностью к чему-то одному.

К слову, на Руси скоморошество как аналог шутовства расценивалось однозначно как бесовское начало, что отражает господство в русской культуре бинарной логики («либо черное, либо белое»). Идея умеренности, некой золотой середины, которую Европа впитала благодаря древним грекам, в нашей культуре с трудом пробивала себе дорогу.

#longread #culture