мы живем в эпоху коллективного поиска пиздеца.

сейчас увидела историю с Converse. они выпустили рекламу с корейской певицей, а люди разглядели в композиции кадра отсылки к ку-клукс-клану и линчеванию. бренд снял рекламу и извинился.

я сейчас не обсуждаю, были там отсылки или нет. но сколько всего сегодня можно потенциально увидеть в одной картинке, тексте или формулировке, чего автор туда вообще не клал.

хорошо знаю это ощущение по работе. недавно у нас был медицинский проект, и нам прилетело за какую-то формулировку, которая задела читательницу. не задела заказчика, не задела врача, не задела команду, которая этот проект делала, но для конкретного человека проект оказался болезненным.

и это только один маленький читательский триггер. а сверху на каждом материале лежит еще десятки других ограничителей: законодательство, маркировка, рекламные требования, медицинская тематика, авторские права, политика, площадки, правила клиентов, репутационные риски и просто здравый смысл.

и на вершине этого списка появляется еще один слой: конкретный незнакомый никому из нас человек с конкретным опытом, который прочитал казалось бы нейтральную фразу через свою собственную историю.

в нашем деле профессиональная тревога — очередной скучный вторник. потому что раньше была задача просто рассказать хорошую историю и не накосячить, а теперь: придумать хорошую историю, не нарушить закон, не нарушить правила площадки, не подставить клиента, не оскорбить читателя, не задеть чью-то травму, не дать повода для неправильной интерпретации, не сказать случайно то, чего ты не имел в виду, и желательно еще помнить, что где-то существует человек, который именно сегодня очень внимательно ищет пиздеца.

коллективная тревожность заразительна и это влияет вообще на всю индустрию: на смелость, скорость решений, желание делать что-то новое. но при этом не хочется скатиться в самый безопасный контент в мире — в контент, в котором вообще ничего нет, есть только стерильность.