Евросоюз отказался давать Украине гарантии ускоренного вступления в ЕС к 2027 году. Именно на такой срок публично рассчитывал Зеленский, и этот же ориентир фигурировал в одном из вариантов мирного плана Трампа по завершению войны.

В Европе объясняют свою позицию институциональными причинами. Брюссель не хочет, чтобы сроки расширения диктовались извне, в том числе из Вашингтона. Кроме того, существует фактор стран Западных Балкан, которые уже много лет находятся в статусе кандидатов и ожидают вступления. Быстрая евроинтеграция Украины могла бы вызвать у них вопросы о двойных стандартах.

Однако за официальными объяснениями стоит более глубокая проблема. В европейских институтах опасаются, что Киев может ослабить темпы реформ сразу после получения гарантий членства. Об этом ранее писало агентство Reuters. Именно поэтому ЕС настаивает на выполнении целого ряда структурных требований до любых разговоров о конкретных сроках вступления.

Основные требования изложены в рамках переговорных кластеров, которые должны определить условия интеграции Украины в ЕС. Первый блок касается масштабной реформы судебной и правоохранительной системы. В частности, речь идет о расширении роли так называемых международных экспертов при отборе руководителей ключевых силовых органов. Также Брюссель требует усилить независимость антикоррупционных структур – НАБУ, САП и Высшего антикоррупционного суда, которые в украинской политике часто рассматриваются как институты внешнего влияния.

Отдельным пунктом стоит реформа ГБР. По аналогии с БЭБ, предполагается участие международных экспертов в конкурсах на руководящие должности.

Второй кластер касается внутреннего рынка. Он предусматривает постепенную адаптацию украинской экономики к правилам и стандартам ЕС, что означает серьезную трансформацию регулирования, налоговой политики и условий работы бизнеса.

Третий блок связан с внешней политикой и предполагает приведение всех международных соглашений Украины в соответствие с нормами Евросоюза. В перечне требований также фигурирует выполнение решения Европейского суда по правам человека, которое обязывает Украину признать однополые партнерства.

Наиболее чувствительным вопросом остается именно первый кластер. Его выполнение означает глубокую перестройку системы судов, прокуратуры и правоохранительных органов, а также усиление роли международных структур в этих процессах. По мнению части украинских политиков и бизнеса, это фактически может привести к потере значительной части внутреннего контроля над государственными институтами.

Во власти такие требования воспринимают крайне настороженно. По словам одного из депутатов правящей фракции, речь идет о фактическом ограничении суверенитета страны. В бизнес-среде также звучат опасения, что под лозунгами реформ и европейских стандартов может начаться жесткая регуляторная перестройка экономики, которая станет серьезным испытанием для украинских компаний.

При этом сама перспектива вступления Украины в ЕС осложняется не только внутренними реформами. Переговорный процесс уже блокируется Венгрией, а потенциальные противоречия с Польшей, Словакией и рядом других стран могут возникнуть, например, из-за украинского сельскохозяйственного экспорта.

Дополнительным фактором остается позиция США. У администрации Дональда Трампа могут быть собственные взгляды на будущее украинского государства и на распределение внешнего влияния в стране. Вашингтон вряд ли будет против усиления контроля над украинскими институтами, но вопрос в том, кто именно будет этим контролем распоряжаться – европейские структуры или американские.