В ‎налоговых ‎новациях‏ ‎(которые ‎связаны ‎с ‎тем,‏ ‎что ‎кое-кто‏ ‎из‏ ‎элиты‏ ‎весной-летом ‎добежал ‎до ‎высокого ‎кабинета‏ ‎и ‎до ‎тумбочки‏ ‎с‏ ‎деньгами ‎с ‎воплями‏ ‎«время ‎такое,‏ ‎понимать ‎надо») ‎примечателен ‎не‏ ‎только‏ ‎сам ‎факт‏ ‎того, ‎что‏ ‎дополнительные ‎расходы‏ ‎(сами ‎понимаете‏ ‎на‏ ‎что) ‎решили‏ ‎всё-таки ‎оплачивать ‎не ‎из ‎печатного‏ ‎станка ‎(т.е.‏ ‎не‏ ‎через‏ ‎инфляцию), ‎а ‎через‏ ‎повышение ‎эксплицитных ‎налогов,‏ ‎но ‎ещё‏ ‎и‏ ‎то, ‎что‏ ‎в ‎список‏ ‎тех, ‎кому ‎предстоит ‎дополнительно ‎«скинуться»,‏ ‎внесли‏ ‎все ‎российские‏ ‎сословия.

Главным ‎пострадавшим‏ ‎(ну, ‎помимо ‎пострадавшего ‎инвестклимата, ‎о‏ ‎котором‏ ‎уже‏ ‎довольно ‎смешно‏ ‎говорить, ‎потому‏ ‎что ‎бизнес‏ ‎прямо‏ ‎наглядно ‎кинули ‎с‏ ‎windfall ‎tax), ‎как ‎ни‏ ‎странно, ‎является‏ ‎(около-)государственная‏ ‎элита,‏ ‎а ‎не ‎предприниматели ‎и ‎прочие‏ ‎буржуи ‎(акционеры-облигационеры), ‎как‏ ‎можно‏ ‎было ‎бы ‎подумать‏ ‎на ‎первый‏ ‎взгляд. ‎Это ‎интересно. ‎Это‏ ‎ничего‏ ‎не ‎компенсирует,‏ ‎но, ‎безусловно,‏ ‎очень ‎приятно.

Понимаете,‏ ‎очень ‎злые‏ ‎люди‏ ‎из ‎банковского‏ ‎сектора ‎рассказывают ‎о ‎легендах-наблюдениях ‎о‏ ‎том, ‎что‏ ‎из‏ ‎примерно‏ ‎68 ‎триллионов ‎рублей‏ ‎депозитов ‎(плюс ‎всяких‏ ‎счетов ‎до‏ ‎востребования‏ ‎и ‎т.‏ ‎д.) ‎физических‏ ‎лиц ‎в ‎российской ‎банковской ‎системе‏ ‎прямо‏ ‎чувствительная ‎доля‏ ‎(очень ‎чувствительная доля)‏ ‎по ‎объёму ‎бабла ‎(не ‎по‏ ‎количеству‏ ‎счетов,‏ ‎а ‎именно‏ ‎по ‎объёму‏ ‎денег) ‎—‏ ‎это‏ ‎не ‎депозиты ‎предпринимателей‏ ‎и ‎прочих ‎буржуев ‎(эти‏ ‎люди ‎занимают‏ ‎дальнее-дальнее‏ ‎второе‏ ‎место), ‎а ‎депозиты ‎вкладчиков ‎совсем‏ ‎другого ‎рода. ‎Это‏ ‎«водители»,‏ ‎это ‎«друзья-помощники-секретари», ‎это‏ ‎(очень ‎популярно)‏ ‎«мамы» ‎и ‎«бабушки», ‎часто‏ ‎(это‏ ‎очень ‎трогательно‏ ‎с ‎точки‏ ‎зрения ‎семейных‏ ‎ценностей) ‎—‏ ‎«тёщи»,‏ ‎а ‎также‏ ‎«зятья», ‎«дочери», ‎а ‎иногда ‎(ну,‏ ‎по ‎мелочи)‏ ‎любимые‏ ‎«внуки»‏ ‎людей, ‎которые ‎с‏ ‎бизнесом ‎никак ‎не‏ ‎связаны, ‎ибо‏ ‎у‏ ‎них ‎есть‏ ‎места ‎работы,‏ ‎на ‎которых ‎бизнесом ‎заниматься ‎нельзя,‏ ‎зато‏ ‎можно ‎(и‏ ‎нужно) ‎много‏ ‎говорить ‎про ‎коллективизм, ‎духовность ‎и‏ ‎подвиг.‏ ‎У‏ ‎таких ‎людей‏ ‎в ‎среднем‏ ‎аллергия ‎на‏ ‎акции-облигации-фьючерсы‏ ‎(как ‎психологическая, ‎так‏ ‎и ‎культурная), ‎а ‎вот‏ ‎«сберкнижка» ‎—‏ ‎это‏ ‎им‏ ‎понятно ‎(ещё ‎154 ‎квартиры ‎на‏ ‎тёщу ‎— ‎это‏ ‎тоже‏ ‎понятно, ‎но ‎не‏ ‎так ‎удобно).

Введение‏ ‎прогрессивного ‎налога ‎на ‎депозиты‏ ‎—‏ ‎это ‎в‏ ‎основном ‎как‏ ‎раз ‎налог‏ ‎на ‎пассивные‏ ‎доходы‏ ‎этих ‎«уважаемых‏ ‎товарищей», ‎а ‎формально ‎— ‎на‏ ‎их ‎родственников,‏ ‎водителей‏ ‎и‏ ‎т. ‎д.

Показательно, ‎что‏ ‎и ‎широкие ‎народные‏ ‎слои ‎тоже‏ ‎не‏ ‎забыли: ‎«налог‏ ‎на ‎Алиэкспресс», он‏ ‎же ‎«налог ‎на ‎китайскую ‎хрень‏ ‎с‏ ‎Вайлдберриз», причем ‎сразу‏ ‎в ‎размере‏ ‎22% ‎— ‎это ‎тоже ‎неплохая‏ ‎заявка‏ ‎на‏ ‎то, ‎чтобы‏ ‎все ‎почувствовали‏ ‎сопричастность, ‎и‏ ‎вот‏ ‎это ‎прямо ‎«народный»‏ ‎налог ‎будет ‎(понятно, ‎что‏ ‎его ‎будут‏ ‎пытаться‏ ‎обходить‏ ‎через ‎ЕАЭС, ‎но ‎это ‎будут‏ ‎душить).

В ‎общем, ‎у‏ ‎нас‏ ‎и ‎политическая ‎репрезентация‏ ‎(спасибо ‎господину‏ ‎Минченко ‎за ‎термин ‎«трехпартийная‏ ‎система» применительно‏ ‎к ‎новой‏ ‎Госдуме, ‎очень‏ ‎верное ‎замечание),‏ ‎и ‎налоговая‏ ‎политика‏ ‎имеют ‎пусть‏ ‎не ‎эксплицитный, ‎но ‎имплицитный, ‎сословный‏ ‎характер: ‎каждому‏ ‎из‏ ‎«сословий»‏ ‎(это ‎если ‎очень‏ ‎условно ‎делить) ‎придётся‏ ‎немного ‎«скинуться».‏ ‎Возможно,‏ ‎это ‎будет‏ ‎полезным ‎в‏ ‎плане… ‎как ‎бы ‎это ‎сказать…‏ ‎привнесения‏ ‎некоторого ‎дополнительного‏ ‎образовательно-воспитательного ‎момента‏ ‎во ‎внутрироссийский ‎политический ‎дискурс. ‎

P.‏ ‎S.‏ ‎Даже‏ ‎жаль, ‎что‏ ‎базовый ‎уровень‏ ‎НДФЛ ‎не‏ ‎подняли,‏ ‎но ‎если ‎в‏ ‎2027 ‎опять ‎уважаемые ‎люди‏ ‎(сами ‎догадаетесь,‏ ‎с‏ ‎каким‏ ‎лозунгом) ‎опять ‎добегут ‎до ‎бюджетной‏ ‎тумбочки ‎с ‎деньгами,‏ ‎то‏ ‎повышение ‎всех ‎порогов‏ ‎НДФЛ ‎—‏ ‎это ‎очевидный ‎(по ‎сути‏ ‎—‏ ‎почти ‎неизбежный,‏ ‎мы ‎же‏ ‎теперь ‎«слезли‏ ‎с ‎нефтегазовой‏ ‎иглы»,‏ ‎верно?) ‎следующий‏ ‎шаг, ‎у ‎которого ‎будут ‎ещё‏ ‎более ‎положительные‏ ‎эффекты,‏ ‎не‏ ‎только ‎в ‎плане‏ ‎наполнения ‎бюджета, ‎но‏ ‎и усиления ‎политической‏ ‎интроспекции ‎российского‏ ‎общества ‎в‏ ‎целом.