В мире нет ничего инородного, Но всё же мы разделены По серверу, цвету и форме, По тому, что снаружи – И тому, что сокрыто внутри... По заговорам и заповедям, По вкусам и по языку, По границам и по изгородям – Мы разделены по всему.
Мегаполис ругается грохотом, А Пандора безмолвна в огне. В мире нет ничего инородного – Инородный я только тебе.
Не остаться бы в этой траве... Пусть не в этой, но где-то останемся. Нас отрежет от жизни-реки – Мы останемся рядышком, старицей, И дополним историю мира Уникальными гранями самости, И металлоконструкции нашего века Не выстоят перед усталостью.
Я природа, я смерть, я рождение, Я неопределимый сюжет, Моя каждая часть инородная – Инородного значит и нет.
А пока время цифры и молота, Лейтмотив был поручен войне: В мире нет ничего инородного – Инородный я только тебе.
думаю о том, как не думать. противоречия душат. уже хочется просто дышать полной грудью, но вопросов насущных груда. они приходят из ниоткуда и не уходят в никуда, ответы на некоторые из них я не найду никогда. так хотя бы надо отыскать себя. в цепком капкане рабочего дня или в полуденной лени выходного из обыденности проделать выход новый! я от этого момента ожидал иного, казалось, что к двадцати уже будет много – оказалось гораздо больше: в первую очередь экспериментальных точек, теперь экстраполяция станет более точной, но это ещё цветочки... дни тянутся золотой цепочкой, кто-то спросит у дипсика цену почки, а я из муляжа пистолета целюсь в бочки с безопасной имитацией бензина – обман на обман даст выжженную пустыню. я вскипятил чайник – а сейчас пусть стынет, на восьмидесяти градусах я заварю пустырник, и, когда неуемный голос поэта стихнет, хотя бы одно противоречие я смогу разрешить...
Мне исполнилось двадцать лет. Утро – пью Голден Цейлон, За окном валит снегом циклон. Я бы сказал: "новых ощущений нет" – И всё же это не так, Ведь их приносит каждый момент, И, если остался прежним аргумент, Производная не уйдет в минус.
В Москве – минус девять, В Магадане – шквалистый ветер. Не важно: где праздник встретил – Важно быть последовательным И честным перед самим собой. Я с ним не раз за чашкой чая беседовал, Тогда сознание было локальным сервером, Но сейчас мне так нужен системный сбой!
Выйти в снежный рассвет – Ослепнуть на миг от его белизны! Сцепиться в объятиях с ней – И ослепнуть на век от её красоты! Двадцать лет отпустить. Бросить взгляд: что нас ждёт впереди? Проливные дожди, снегопады, Палящее солнце, полуночные звёзды... Содрогается воздух морозный, Там за полем пылают огни.
полстраны ищет работу, полстраны – HR'ы. возвращаемся в колхозы: там по нам скучают. отменяйте интернеты! я устал от чатов. хочу просматривать отчёты, ставить там печати...
полстраны ищет работу – дефицит рабочей силы. сеть заполонили боты, в ней сейчас невыносимо. я люблю, когда в сугробах утопают горожане – не люблю, когда в кредитах. время жизни дорожает.
мы подражатели маньяков, но они вам не знакомы. у меня десять VPN'ов – я соблюдаю все законы. кричи, как корень мандрагоры, хотя по факту ты редиска. и не мечтай о парагоне, если не шаришь за транзистор.
из трансов – только транссибирь! политика – это пасьянс. с чужим уставом в монастырь – трансатлантический альянс. зумеры платят за сеанс с надменным психотерапевтом. я тоже зумер, но сейчас мне надо видимых эффектов.
и потому я сочиняю стихи о прожитых моментах, чтобы потом себя собрать, сложив поэму из фрагментов. а так же я пишу о вас и сохраняю эти логи. обнял, ушел искать работу. до встречи где-то в эпилоге.
отпусти меня, бесснежный декабрь! я хочу обжигаться о ветер... я хочу утопать в снегопаде... и деревьев немые скелеты упоённо рубить до заката! – чтобы ночью тебя согревать.
Всегда подхожу к своему делу с должным усердием. Живу в общаге РХТУ – мне нечего обсуждать с соседями. Как писателю-реалисту, пришлось столкнуться с убогим сеттингом. Я иду по следам кумиров, потом чищу ноги антисептиком.
Безынициативная эстетика. Поэтика скукожилась, как забытый в холодильнике помидор. Бесконечная пропедевтика. Фантазия, где новостройки и торговые центры загородили собой простор.
А я человек простой. Вот простуда решила стать на постой. Зачем выискивать смысл в строчках, Если он глобально пустой? Люди знают ради чего жить, Когда им слишком хорошо или плохо, Но, когда им нормально, Они напрочь забывают о Боге.
А я о Нём помню – и это не вопрос веры. Алгоритм был вышит на полотнище небесной сферы. И я бы хотел его разбирать, как ученые из ЦЕРНа. Но, кажется, так случилось, что я где-то в другом проценте.
Я пишу стихи под рэп Фифти-цента, Пишу стихи под дождем из оценок, Пишу стихи, зависнув в метре над сценой, Пишу так, что зарастают трещины в сте́нах – На них пляшут контрастные тени, Но я пишу так, чтобы попасть в мир идеи.
Холодным осколком ледяной скульптуры откололся от провинциальной культуры. Пишу стихи под температурой, завариваю из пакетика Принцессу Нури.