Почему идея работать, чтобы потом ничего не делать — не работает.
Наблюдаю за тем, что ничегонеделание быстро надоедает.
Продуктивные люди без умственной нагрузки больше пары лет на пенсии (в 40+ лет) не выдерживают и без интересной движухи снова возвращаются в бизнес.
Психологи называют это гедонистической беговой дорожкой: любой выигрыш счастья от приятного события например, долгожданного отдыха, через месяцы или считанные годы сходит на нет, и мы возвращаемся к прежнему уровню удовлетворённости.
Ставить целью жизни исключительно безделье — значит обменять десятки лет продуктивности на краткий эмоциональный всплеск.
Счастье в старости держится на трёх вещах:
• Интеллектуальная нагрузка
• Общение
• Ощущение пользы
Для меня во многом пример — мой дед, Вениамин Вотяков:
• 60–65 лет. Директор крупнейшего НИИ эпидемиологии, открывает новые лаборатории.
• 65–75. Уходит от администрирования, возглавляет научный отдел, полностью погружается в R&D.
• 67. Регистрирует собственное научное открытие.
• 69–74. Становится академиком сразу трёх академий наук.
• 81–82. Получает Государственную премию Беларуси за цикл работ по биобезопасности.
• До 90+. Ежедневно в институте: консультирует экспедиции, отвечает на письма аспирантов, ведёт 16 докторов и 39 кандидатов наук.
• В 70+ самостоятельно освоил ПК, чтобы цифровизировать картотеку вирусов и «не отвлекать библиотекаря».
Дед был в отличной физической форме и по большей части в хорошем настроении.
Баффетт работает в 94, Мангер работал до 99 — явно не ради денег, а ради смысла и ментального тонуса.
Настоящая цель — не отдых, а выбор задач и окружения, которое тебя вдохновляет.
@maxvotek