После предыдущего поста особенно хочется написать о чём-то вечном и исцеляющем. Пусть это будет капелла Розария в Вансе, которую оформил Матисс, и куда я так мечтала попасть. Про неё я рассказывала на одной из лекций — вот нужный фрагмент. А сейчас лучше поделюсь своими впечатлениями.

Опыт в капелле был воистину религиозным, пусть атмосфера там скорее как в музее. Люди с изумлением созерцают творение Матисса — и есть чему удивляться, особенно тому, как он упростил классическую христианскую иконографию, сделав образы безликими, как у Малевича. Но для меня самым завораживающим было буйство красок на витражах. Казалось, что цвет — это проявление божественной любви. Как сказала моя подруга: «Так и уверовать можно» (сам Матисс, к слову, не был практикующим католиком).

В какой-то момент я присела рядом с молодым человеком, который увлеченно разговаривал с пожилым мужчиной на французском. Из их разговора я поняла, что пожилой мужчина — священник, и он рассказал, что Матисс спроектировал лаконичный алтарь так, чтобы священнослужитель стоял лицом к людям более чем за десятилетие до реформ Второго Ватиканского собора, которые рекомендовали службу «лицом к народу». От него я также узнала, что алтарь, сделанный из пористого известняка, похожего на мякиш, должен был напоминать о «хлебе насущном». Затем к священнику подошло несколько людей, он попрощался с молодым человеком, поймал мой взгляд, улыбнулся и приложил указательный палец к губам. Священник приподнял верёвку, ограждающую посетителей от алтаря, пропустил своих спутников и вышел вместе с ними через незаметную дверь между двумя витражами. А я осмотрела все уголки, куда смогла заглянуть, чтобы ещё раз восхититься гением Матисса-дизайнера (фото выставлю в постах ниже).