«Любителей БДСМ и фетишистов начнут лечить в психбольницах»

Именно так сейчас разлетается новость по российским медиа.

Но если убрать кликбейт, картина как обычно, немного другая.

Минздрав РФ действительно утвердил первые клинические рекомендации по расстройствам сексуального предпочтения. В них описаны критерии диагностики и подходы к лечению состояний, связанных, в частности, с фетишизмом, эксгибиционизмом, вуайеризмом, педофилией и садомазохизмом.

Но наличие необычного сексуального интереса само по себе ещё не означает психическое расстройство.

В рекомендациях врач должен оценивать не просто «что человеку нравится», а целый комплекс параметров:

— насколько сильно сексуальные побуждения доминируют в жизни;
— реализуются ли они в поведении;
— есть ли согласие другого человека;
— испытывает ли сам человек выраженный дистресс;
— причиняется ли кому-либо вред.

То есть БДСМ между взрослыми людьми по взаимному согласию ещё не означает - диагноз.

И это принципиально важное различие.

Если два человека добровольно договариваются о практиках, понимают границы друг друга, могут остановиться в любой момент и происходящее не причиняет нежелательного вреда - сам факт необычной сексуальной практики ещё не делает человека психиатрическим пациентом.

Другое дело, когда сексуальное влечение становится неконтролируемым, причиняет человеку существенные страдания, приводит к нарушению функционирования или реализуется без согласия другого человека и с причинением ему вреда.

Вот здесь уже появляется пространство для клинической диагностики и лечения.

И ещё один важный момент.

Новые рекомендации - это не инструкция «всех отправлять в психиатрическую больницу».

В зависимости от выраженности состояния речь может идти о психотерапии, а при более тяжёлых формах - о сочетании психотерапии с фармакотерапией. В документе действительно упоминаются СИОЗС и препараты, влияющие на андрогенную систему.

Поэтому формулировка «Минздрав начнёт лечить любителей БДСМ» сильно искажает содержание документа.

Для нас, специалистов, более важно разбираться в том, где проходит граница между сексуальным разнообразием и психическим расстройством.

Потому что главный вопрос в сексологии не в том, «что человек делает», а в том, есть ли согласие, контроль, страдание и вред.