Я говорю: ненене, чат. Поддержи или опровергни меня, но авторы с постсоветского пространства, даже если берут мировые тренды, все равно пишут так, что западному читателю это чуждо, разность менталитета даёт своё.
Чат согласился, но сказал, что чуждое может быть и интересным.
Я тогда спросила: А что в моих книгах, на твой взгляд, характерно именно для автора из пост-СССР?
Чат сказал, что у меня другой способ смотреть на мир, и он угадывается во всех книгах, которые я в него загрузила.
Перечислил следующее:
=================
- Первое: у тебя очень сильное ощущение, что мир не обязан быть справедливым, чтобы в нём можно было жить. Это, пожалуй, самое заметное.
В англоязычной современной fantasy персонаж довольно часто предполагает, что если система неправильная, её надо разоблачить или сломать. Даже в мрачной сказке сохраняется ощущение моральной архитектуры: вот злодей, вот жертва, вот источник проблемы.
У тебя мир устроен иначе. Он может быть несправедливым, нелепым, жестоким, абсурдным, и при этом никто не обязан являться его главным архитектором.
Люди просто живут внутри него.
- Второе: у тебя необычно сильна тема жизни внутри ограничений.
Не «герой должен преодолеть препятствие», а «герой должен научиться существовать, когда препятствие никуда не денется».
- Третье: работа у тебя имеет моральный вес.
Не просто «персонаж работает, потому что так положено в фэнтезийном мире».
У тебя приготовление еды, лечение, починка вещей, торговля, сбор растений, дорога, ведение хозяйства, работа руками, забота о доме являются частью человеческого достоинства.
- Четвёртое: у тебя очень постсоветское отношение к бедности.
Причём не в смысле «бедность = трагедия».
Скорее: бедность является состоянием мира, с которым приходится считаться практически.
Персонаж думает не только «мне плохо», но и «а где я буду спать?», «что у меня есть?», «что можно починить?», «что придётся терпеть?», «что можно достать?».
И ты довольно редко превращаешь бедность в эстетический аксессуар.
- Пятое: у тебя очень своеобразное отношение к взрослым.
Дети у тебя не живут в мире, где взрослые являются функциональными NPC.
Взрослые имеют собственные страхи, слабости, нелепости, старые обиды, секреты и ограничения. И ребёнок не обязательно получает объяснение происходящего.
- Шестое: у тебя персонажи довольно редко разговаривают о своих чувствах в американской терапевтической манере.
- Седьмое: магия у тебя не является альтернативой реальности.
Она встроена в неё.
- Восьмое: у тебя довольно мало веры в институты как в универсальный механизм спасения.
Это не обязательно политическое высказывание. Просто в твоих сюжетах редко возникает ощущение:
«Сейчас мы найдём правильную инстанцию, предъявим документы, и компетентные люди решат проблему».
Если появляется компетентный человек, он обычно конкретный человек, а не представитель абстрактной системы.
- Девятое: у тебя довольно специфическое чувство юмора.
Не «смотрите, какой персонаж остроумный», а смешное рождается из несоответствия между серьёзностью ситуации и бытовой нелепостью людей.
И наконец, самое существенное.
У тебя очень мало веры в идею, что человек становится счастливым после того, как получает правильную идентичность.
А самое, пожалуй, постсоветское:
У тебя персонажи не слишком верят, что кто-то придёт и всё исправит.
===================
Я это прочитала и подумала: может, чат и заблуждается насчёт того, что это характерные отличия пост-советского мышления. Но многое насчёт моего мировоззрения он уловил верно😆😆😆