– Мам, а как меня зовут? Почему ты ни разу не звала меня по имени?
— Проклятым имена не дают.
– Но ведь у тебя оно есть...
Она никогда не знала своего имени. Не знала, но очень хотела. Даже дворовой детворе девчонка представлялась каждый раз по иному – один день она Гертруда, а в другой Азалия. Для одних Лорен, а для других Фрея. Но для матери она всегда была «Маль». Лет до десяти девчушка даже выговорить не могла своё будущее клеймо. Маледиктус – звучит отвратно, что уж говорить о смысле. И мать её была такой же. Порой девчушка винила во всех бедах именно её – проклятье передаётся от матери к дочери, а значит и страдаю она отнюдь не по своей вине. Отца своего Маль никогда не знала, и виною тому ничто иное, как проклятье. Забавно, прокляли кого-то одного, а страдает вся женская ветвь родословной.
:Эй, Софи, ты выйдешь?
: Вообще-то там живёт Элис!
: Вы ошибаетесь, её зовут Лорен!!
В тот день соседские детишки выяснили, что имён у Маль примерно с десяток. Кажется, их обидел сам факт обмана – насколько же нежны оказались юные умы! И, подумать только, они не поверили в то, что собственного имени у неё и вовсе нет. Мол, не бывает такого и всё тут.
Магии девчушка обучалась дома, хоть и умаливала мать на заветный Хогвартс, который так расхваливали все её, теперь уже бывшие, товарищи. Как преданный пёс она сутками караулила у окна ту самую сову с письмом и даже дождалась! Дождалась, но мама его сожгла, не обращая внимания на град слёз, стекающий по щекам. Конечно, птица прилетала ещё раз, третий и даже четвёртый! Однако в какой-то момент это прекратилось. Неизвестно, что произошло, но в Хогвартс Маль больше не приглашали. Правда, палочкой она всё же обзавелась – чудаковатый старикашка в лавке сказал: «Не мы выбираем палочку, а она нас». Маль, по правде говоря, ожидала что-то роскошное, вроде длинной чёрной рукояти, усыпанной крохотными шипами и элегантно изогнутого кончика – хотя бы чего-то роскошного в её скудной жизни. Ожидала, а получила что-то сродни только что сорванному с ближайшего дерева суку – такому же жалкому, как и она сама.
Мать обучать её не бралась – сама она от магии отреклась, осознав, что проклятье не позволит ей обучиться как следует, но вот её начальник настоял на том, чтобы показать мне азы. С ним мама соглашалась всегда и это Маль знала прекрасно. Тогда он казался ей настоящим героем, приоткрывшим завесу в страну чудес!
— Она придёт тебе на замену.
— Этого не будет, Скендер. Только через мой труп.
— Поверь, перешагнуть через змеиный труп совсем не сложно.
Смысл этого диалога Маль, тогда ещё совсем кроха, конечно не поняла. Наверное, даже хорошо, что не поняла – принять это как факт наверняка легче, чем с самого детства жить с мыслью, что единственная твоя перспектива на будущее – работа в цирке уродов и развлечение наглых маглов. Хотя, в какой-то степени она, пожалуй, должна быть благодарна – рано или поздно, маму всё равно настиг бы апогей проклятья. Настиг, а Маль осталась бы без еды, воды, опоры и средств к существованию. Он же дал ей шанс выжить. Унижаясь, изо дня в день напоминая себе о своём изьяне, демонстрируя его толпе зевак, но выжить. Был в этом и ещё один плюс – Он научил меня контролировать свой «недуг».
— Ты не монстр. Просто анимаг. Знаешь, кто это такие?
– Нет..
— Ооо, поверь, кроха, они крайне интересные ребята! Знаешь, я и сам не прочь уметь превращаться в какую-нибудь живность...
Разумеется, он врал. Но врал так красиво и искусно, что девчонка ему верила. Наверное, Скендеру было бы в пору превращаться в жирную крысу – такой же мерзкий и пронырливый.
В какой-то момент Маль даже перестала бояться своего «дара» – именно так он прозвал эту чёртову метаморфозу. Даже гордилась, с улыбкой тренеруя контроль над превращениями тайком от негодующей мамы.
В один день матери не стало – как и сулит «дар», она окончательно обратилась в змею.