Кстати о grit culture и неуспокоенности 😨

Сегодня обедала с двумя девушками — одна из Бразилии, другая из России, обе с малышами в декрете. За столом обсуждали не (только) колики и беспокойный сон младенцев, а бизнес-проекты, digital-продукты, LinkedIn. Я скорее энергично кивала, сейчас с запалом не очень, но потенциально идеи есть.

На другом полюсе немецкая коллега. Она договорилась сократить рабочие часы до 32 в неделю — с сохранением полной зарплаты за 40 (возможно, просила больше денег, но денег нет, не знаю). Никакого side hustle или личного бренда не планируется. Она будет запускать свою жизнь: кемпинг с отцом по Европе, рынки в Гамбурге, спорт, друзья.

Я впечатлилась — мне бы подобное предложить в голову не пришло. Но теперь вы тоже знаете, что так можно. В Германии, естественно 😎.

Бразильский муж говорит, что такое отношение к работе встречается только в «богатых странах» — и это интересно. Когда государство реально прикрывает тебя со всех сторон — медицина, пенсия, пособия — нет этого фонового страха «если остановлюсь, хана».

И туи расцветает идея Lebensqualität — качество жизни как самоценность. Можно меньше работать не потому, что ты выгорел или обленился, и не превращать освободившееся время в новый проект.

А там, где система исторически была менее надежной — привет, Бразилия и Россия — в культуре зашито другое. Если будущее не гарантировано, его приходится страховать самому и стелить соломку.

Теперь думаю, откуда растут ноги у этой нашей неуспокоенности — из избегания неопределенности, продиктованного культурой, человеческого азарта, или это социально приемлемый невроз? А может все сразу?