loop of perception | петля восприятия
инженерия. медиа. искусство.
техдир мультимедиа и арт проектов
руководитель инженерного отдела |
https://vizhu.digital/
пишу о проектах, процессах, трансформации отдела, обучении, выставках, звуке, AI и личном опыте
Post #440
832
Театр "Практика" - "Наедине с собой"
20.09.2025
#perception #impressions
В прошлом году у меня было обидно мало театра. В этом же решил открыть сезон по-новому: вернуться в зрительный зал и смотреть чаще, осознаннее, с прицелом на камерные постановки. Старт вышел символичный — Московский сезон я открыл в «Практике» спектаклем «Наедине с собой». «Практика» как раз про то, что мне сейчас близко: минимальная форма, максимум присутствия, честный контакт со зрителем, когда вместо декораций — воздух и точные предметы, а вместо «эффектов» — работа тела и смысла.
Если коротко про сам вечер: спектакль легко представить происходящим внутри головы одного человека его сознании. На сцене двое — как два голоса одного «я»: не враги, скорее полюса, которые ограничивают и усиливают друг друга, отвоёвывают право на жест и собирают из спора третье — собственную меру. Минималистичная площадка делает так, что каждый предмет становится знаком. Первым бросился в глаза пиджак «не по размеру» — образ, который зацепил; но здесь важен не только он. Стул — как символ «своего места»: точка возвращения и проверки посадки идентичности — где мне, собственно, быть. Галстук — как средство обуздания, туфли — как след пути, носки одного цвета — как маленькая, но упрямая попытка навести порядок. Простые вещи, в которые запакованы глубокие смыслы, читаются на разных уровнях: на первом — это просто красивый, точный танец; на втором — понятные символы; на третьем — фоновая поэзия Бродского для тех, кто слышит её контекст и время, в которое были написаны стихи.
Хорошо читаются дуальности из которых соткана постановка: высокий — низкий, серьёзный — игривый, обидчивый — принимающий, детский — взрослый. Эти пары не «перетягивают канат», а задают амплитуду, в которой рождается живой тон. В сольных выходах каждый полюс дышит свободно; в диалогах — они чуть ограничивают друг друга, задавая границы, ритм и цену жесту. Именно в этих «стыках» и вспыхивает ощущение правды.
Честно отмечу: я не поклонник поэзии Бродского возможно, мне до неё ещё надо дорасти, а возможно, это просто «не моя полка». В этой конструкции его тексты для меня чаще оставались фоном, через который сильнее просвечивала телесная честность движения и предмета. И всё же слой поэзии работает как дополнительная оптика: кому-то он подсветит жест, кому-то — отвлечёт взгляд; в любом случае, добавляет ту самую «пульсацию смысла».
Важно назвать людей. Постановка и хореография — Анна Дельцова и Александр Тронов; на сцене — Александр Тронов и Александр Алёхин. Команда — из круга Jack’s Garret, московского объединения, где свободно смешивают street и contemporary: отсюда внимание к «честному» движению, минимализм и доверие к предметному действию вместо декоративных трюков.
Лично для меня Танец — очень близкий язык, так же как и телесность в целом: способ мыслить не словами, а весом, опорой, дыханием. Поэтому здесь я прежде всего слышал тело и простые вещи как они на глазах становятся мерой человека.
Образы зафиксированные в памяти. Два портала в глубине сцены как глазницы, а всё внутри — словно черепная коробка: пространство мыслительного процесса. Внутри два разных, чуть несовместимых, но необходимых друг другу начала, которые ищут истину, меряют и испытывают границы, создают своё. И именно это пространство и есть «наедине с собой» — не одиночество, а внутренний диалог, где из столкновения постепенно складывается голос.
20.09.2025
#perception #impressions
В прошлом году у меня было обидно мало театра. В этом же решил открыть сезон по-новому: вернуться в зрительный зал и смотреть чаще, осознаннее, с прицелом на камерные постановки. Старт вышел символичный — Московский сезон я открыл в «Практике» спектаклем «Наедине с собой». «Практика» как раз про то, что мне сейчас близко: минимальная форма, максимум присутствия, честный контакт со зрителем, когда вместо декораций — воздух и точные предметы, а вместо «эффектов» — работа тела и смысла.
Если коротко про сам вечер: спектакль легко представить происходящим внутри головы одного человека его сознании. На сцене двое — как два голоса одного «я»: не враги, скорее полюса, которые ограничивают и усиливают друг друга, отвоёвывают право на жест и собирают из спора третье — собственную меру. Минималистичная площадка делает так, что каждый предмет становится знаком. Первым бросился в глаза пиджак «не по размеру» — образ, который зацепил; но здесь важен не только он. Стул — как символ «своего места»: точка возвращения и проверки посадки идентичности — где мне, собственно, быть. Галстук — как средство обуздания, туфли — как след пути, носки одного цвета — как маленькая, но упрямая попытка навести порядок. Простые вещи, в которые запакованы глубокие смыслы, читаются на разных уровнях: на первом — это просто красивый, точный танец; на втором — понятные символы; на третьем — фоновая поэзия Бродского для тех, кто слышит её контекст и время, в которое были написаны стихи.
Хорошо читаются дуальности из которых соткана постановка: высокий — низкий, серьёзный — игривый, обидчивый — принимающий, детский — взрослый. Эти пары не «перетягивают канат», а задают амплитуду, в которой рождается живой тон. В сольных выходах каждый полюс дышит свободно; в диалогах — они чуть ограничивают друг друга, задавая границы, ритм и цену жесту. Именно в этих «стыках» и вспыхивает ощущение правды.
Честно отмечу: я не поклонник поэзии Бродского возможно, мне до неё ещё надо дорасти, а возможно, это просто «не моя полка». В этой конструкции его тексты для меня чаще оставались фоном, через который сильнее просвечивала телесная честность движения и предмета. И всё же слой поэзии работает как дополнительная оптика: кому-то он подсветит жест, кому-то — отвлечёт взгляд; в любом случае, добавляет ту самую «пульсацию смысла».
Важно назвать людей. Постановка и хореография — Анна Дельцова и Александр Тронов; на сцене — Александр Тронов и Александр Алёхин. Команда — из круга Jack’s Garret, московского объединения, где свободно смешивают street и contemporary: отсюда внимание к «честному» движению, минимализм и доверие к предметному действию вместо декоративных трюков.
Лично для меня Танец — очень близкий язык, так же как и телесность в целом: способ мыслить не словами, а весом, опорой, дыханием. Поэтому здесь я прежде всего слышал тело и простые вещи как они на глазах становятся мерой человека.
Образы зафиксированные в памяти. Два портала в глубине сцены как глазницы, а всё внутри — словно черепная коробка: пространство мыслительного процесса. Внутри два разных, чуть несовместимых, но необходимых друг другу начала, которые ищут истину, меряют и испытывают границы, создают своё. И именно это пространство и есть «наедине с собой» — не одиночество, а внутренний диалог, где из столкновения постепенно складывается голос.
- ❤ 7
- 🔥 2
- ❤🔥 1
