˓𓄹 ˖𓏸Ⲃⲏⲉⲱⲏⲟⲥⲧь˓𝅄۫⊹ ˖
Лиррен обладает яркой, почти опасной притягательностью, заставляющей взгляд задерживаться дольше, чем следует, а после возвращаться к образу снова и снова. Его волосы цвета огненно-рыжего пламени спадают чуть ниже плеч лёгкими, чуть вьющимися прядями. Они напоминают языки пламени костра, которые то вспыхивают медью и янтарём на солнце, то гаснут глубокой бронзой и тёмной вишней в полумраке. Лиррен всегда стрижёт их самостоятельно, неровно, небрежно, иногда почти наугад, оставляя отдельные пряди длиннее других. Именно эта хаотичность и придаёт образу особый, чуть диковатый шарм.
Из этой огненной гривы поднимаются два пушистых лисьих уха, с мягким белым подшёрстком внутри и тёмными, почти чёрными кисточками на кончиках. Они чутко реагируют на каждое настроение: подрагивают от любопытства, прижимаются от раздражения, лениво поворачиваются на звук, выдавая то, что сам Лиррен предпочёл бы скрыть. А за спиной, чуть ниже лопаток, начинается длинный лисий хвост, такой же огненно-рыжий, с плавным градиентом к светлому кончику.
Кожа у парня почти идеально бледная. Вовсе не болезненная, а скорее фарфоровая, с едва заметным матовым сиянием, будто припудренная тончайшей пылью лунного света. На руках и шее она чуть тоньше, полупрозрачная, и под ней угадывается нежная голубоватая сеть вен. На фоне этой бледности особенно резко проступают тёмные круги под глазами — верные спутники бессонных ночей, проведённых за компьютером. Они не уродуют лицо юноши, а напротив, добавляют ему усталой, чуть порочной красоты. Иногда, если присмотреться, на переносице и щеках можно заметить совсем светлые, почти невидимые веснушки. А если провести рукой по его коже, можно наткнуться на едва заметную бархатистость. Особенно вдоль позвоночника и на бёдрах, где над тонким слоем человеческой кожи угадывается лёгкая, почти неощутимая пушистость, словно тело помнит о своей второй, лисьей природе.
Глаза Лиррена пожалуй, самое интересное, что в нём есть. Они глубокого угольного оттенка, тёмные, как затухающие угли под слоем тлеющего пепла. В обычном состоянии они кажутся почти чёрными, непроницаемыми, отражающими мир, но ничего не отдающими взамен. Ресницы у него длинные и чуть рыжеватые на концах, отчего взгляд становится ещё более тяжёлым и бархатным. И только в редкие моменты, когда его что-то по-настоящему увлекает или, напротив, раздражает до белого каления, в их глубине вспыхивает лёгкое внутреннее тепло — тонкая, едва уловимая искра, способная на мгновение сделать взгляд живым.
Черты лица парня тонкие и гармоничные. Высокий лоб, который часто перечёркивают непослушные рыжие пряди. Чёткие, но не резкие скулы, аккуратный подбородок с едва наметившейся ямочкой. Нос прямой и ровный, с чуть заметной горбинкой, которая становится видна только в профиль и придаёт лицу характер. А губы лёгкий, почти насмешливый изгиб верхней губы создаёт впечатление, будто Лиррен постоянно держит в голове какую-то невысказанную шутку. Даже когда он молчит, этот изгиб заставляет окружающих чувствовать себя чуть менее уверенно. Голос у него низкий, чуть хрипловатый, с мягкими нотами.
В выборе одежды Лиррен редко опирается на моду. Практичность для него важнее стиля. Тёмные рубашки с расстёгнутым воротом, открывающим бледную ключицу и тонкую линию шеи. Простые брюки, иногда длинные рубашки, развевающиеся за спиной, когда он идёт быстро. На запястьях иногда мелькают тонкие кожаные браслеты или простые шнурки. Когда Лиррен только переехал в Германию, дядя пытался приучить его к более деловому и аккуратному стилю, но, встретив сопротивление, оставил юноше полную свободу в выборе одежды. В итоге внешний вид Лиррена стал отражением его характера.