На фоне последних горячих новостей возникло бессистемное желание тоже немного "хайпануть" и написать "про музыку", будучи слабо погруженным в ЛОР отечественной музыкальной индустрии. Параллельно подвергнув деконструкции (или наоборот реконструкции) некоторых широко известных в узких кругах (хотя не только в узких) персонажей. Текст разобьётся на несколько фрагментов, один из которых будет заметно выбиваться из общей канвы повествования, но вы и сами заметите.

Итак, Мирона Яновича почти (пока) заканселили, обвинив в педофилии. Проще говоря, вспыли подробности интимной жизни Окси с несовершеннолетними фанатками в далёкие (уже) десятые, времена, когда культура отмены в СНГ пространстве ещё не была распространенной практикой, а такие понятия как виктимблейминг, харассмент, абъюз, шейминг и вовсе выступали эквивалентом каких-то заморских ругательств. (Да, верните мой 2007 (или хотя бы 2к17), и вообще трава раньше была определенно зеленее, а солнце светило ярче). Оставим за скобками инверсную мораль относительно жертв насилия, ждущих своего часа (когда стрелочка больше не поворачивается) и примем за аксиому, что трахать лоли (как бы ни хотелось, привет Лимонову и Набокову, да и ещё много кому из условного сонма великих) безусловно плохо и к тому же уголовно наказуемо (это действительно так).

В нижних телеграммах почти сразу вспомнили фрагмент легендарного батла между Гнойным (он же Слава КПСС) и Окси (Гнойный тогда победил), в котором Слава почти прямым текстом обвиняет Мирона в ситуациях, которые сейчас воспламенили общественность, правда, тогда это воспринималось как очередной меткий панч, едва ли сказавшийся на репутации Окси (были панчи и пожестче). В контексте не только этого фрагмента батла, но ситуации вообще, хочется сказать пару слов про Славу. Этот текст, конечно, насквозь субъективный в силу личной симпатии автора к фигуре Славы (тут и его коллабы с проектами горячо любимого автором Е. Алехина (например), и его позиция относительно текущего военного конфликта, и общая, более глубокая, осведомленность относительно творческой биографии Славы). Но хочется чуть подробнее разобраться и наконец артикулировать причину подобных симпатий. Дело, вероятно, в культурно-личностной позиции (в смысле топоса), которую Слава сознательно (а где-то бессознательно) занимает в актуальном социокультурном дискурсе, в котором давно смешаны все морали и правила в некоторую зону неразличимости, но в котором же усиленно и лицемерно заявляется обратное (яростное разделение на хорошее и плохое). Парадокс же позиции Славы, ставший катализатором для написания данного текста, заключается, примерно в следующем: будучи декларативным постмодернистом от мира искусства (в самом широком смысле), ему удалось стать проводником в метамодерн или новую искренность. Как так вышло?

Во-первых, постмодернисткая позиция - это во многом самая устойчивая позиция к любой критике. Ты заранее (явным и неявным образом) объявляешь о том, что все, что ты делаешь, ты делаешь по рофлу. А что с дурачка взять? Тем самым, ты срабатываешь на упреждение и держишь любой удар. От тебя многого не ждут + ты сам уже над собой (почти) во всем сыронизировал, поэтому любая внешняя усмешка/укор заранее инкорпорирована в более общую систему твоих взглядов о самом себе.