#ФилософияВоображения
Женское дионисийство (Часть I)
Я бы хотела рассмотреть дионисийство с женской позиции, потому как нередко состояния просветления и экстаза рассматриваются только с мужской точки зрения в разных учениях — богословских, философских и духовных. Преимущественно именно мужчинам было позволено получать образование, становиться монахами и писать различные духовные и философские трактаты.
Это отчасти происходит потому, что исторически в разных патриархальных обществах женщина считалась сосудом и тем, что природно соединяет мужчину с наивысшей точкой наслаждения при глубинном соприкосновении с внутренним ресурсом, чем-то природно-хтоническим, плодоносящим и инстинктивным.
От этого в разных направлениях — от буддизма и древних языческих религий, в том числе греческого язычества, до христианского богословия — женщина считалась носителем, но никогда не обладателем чего-то экстатического, некоторого глубинного знания и ощущения самой себя. Будто бы она содержит в себе эту природу, но сама по себе не имеет к ней доступа.
Я считаю, что это абсурдно.
В ранней буддийской традиции это проявляется в истории Махападжапати Готами. Будда сначала неоднократно отказывается разрешить женщинам монашеское отречение. Но его ученик Ананда задаёт принципиальный вопрос: способны ли женщины, уйдя в бездомную жизнь, достичь плодов пути вплоть до архатства? И получает ответ, что способны, несмотря на то, что сам доступ женщин к монашеству оказывается значительно сложнее.
Если говорить о Махаяне, то в «Лотосовой сутре» Шарипутра возражает против возможности быстрого пробуждения девушки-дракона. Он говорит, что «тело женщины нечисто и осквернено» и «не является сосудом Закона», а также перечисляет пять препятствий, последнее из которых заключается в невозможности женщине стать Буддой. И хотя в дальнейшем девушка демонстрирует достижение пробуждения, но для этого в сюжете она сначала превращается в мужчину.
То есть даже там, где способность женщины к пробуждению признаётся, само женское тело может становиться проблемой, которую необходимо каким-либо образом преодолеть.
В некоторых буддийских традициях это противоречие сохранялось и позднее. Например, историческая линия полного женского монашеского рукоположения бхиккхуни в Тхераваде прервалась, и вопрос о возможности её восстановления остаётся спорным. Поэтому в некоторых тхеравадинских сообществах полноценное женское монашество до сих пор не признаётся, хотя в других линия бхиккхуни была восстановлена.
Существовало также представление о мужском рождении как более благоприятном или даже необходимом для достижения определённых высших религиозных состояний. При этом способность женщины достичь освобождения сама по себе могла признаваться: например, в ранней буддийской традиции женщина способна стать архатом. Однако возможность стать полностью пробуждённым Буддой в женском теле в некоторых традициях отрицалась.
Поэтому женщины могли желать в одной из следующих жизней родиться мужчинами, чтобы продолжить путь к состоянию Будды. Подобные пожелания встречаются и в исторических буддийских источниках. Таким образом женщина признаётся способной к духовному достижению, но само женское тело в некоторых традициях оказывается состоянием, которое на определённом этапе пути необходимо преодолеть или сменить на мужское.
В христианстве возникает похожее противоречие. Апостол Павел в Послании к Галатам пишет: «Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе». Но в Первом послании к Тимофею женщине одновременно запрещается учить и властвовать над мужчиной.
Женщина может быть пророчицей, святой, мученицей, Богородицей, но институциональное право объяснять другим, что именно означает её встреча с сакральным, исторически гораздо чаще принадлежало мужчинам.
(Продолжение следует)
Анастасия - специально для
блога Persone