« 𝘩𝘰𝘱𝘦 𝘢𝘯𝘥 𝘥𝘦𝘴𝘱𝘢𝘪𝘳 »
𝐓𝐡𝐞 𝐞𝐫𝐚 𝐨𝐟 𝐜𝐡𝐚𝐧𝐠𝐞
— Теперь всё на моих плечах... — пробормотала Волкова. — Я стойкая. Я справлюсь, — повторяла она, словно мантру. — Быть стойкой и верить в добро. Да, мама? — снова неконтролируемый поток слёз.
Субстанциалка и не заметила, как пиала изменила свою форму, а затем распалась на металлические кусочки.
— Но как мне оставаться стойкой или верить в добро, если вас больше нет?
— Как тут верить в добро, скажи, мам?.. — срываясь на крик, сказала девушка в тишину, одновременно сцепив руки и превращая часть уютной комнаты в развалины.
— Ну как... как... — упав на колени, девушка рвано выдохнула. Это не то, что ей поможет. Надо действовать.
— План, план, план. Мне нужен план... — поднявшись с колен, на которых уже начали проявляться синяки, девушка стала расхаживать по комнате.
— Похоронить родителей... — голос предательски задрожал, что-то внутри болезненно кольнуло. — Собрать остатки товаров и направить их на продажу... Да, именно так. — Рассуждения вслух позволяли Субстанциалке сосредоточиться и прийти в себя.
После составленного плана Лика смогла впихнуть в себя старые куски хлеба с похлёбкой и пару фруктов.
Закончив с приемом пищи, девушка направилась в комнату семейных встреч. За картиной с изображением Равкианского пейзажа с закатом был тайник с деньгами на случай проблем. Ни Лика, ни ее родители не ожидали, что воспользоваться ими придется так скоро.
Пересчитав все деньги, юная дева набросила накидку матери с капюшоном и, поцеловав ее же кулон, который теперь носила не снимая, отправилась на поиски человека, который осуществит скромные похороны ее родителей.
Ритаульщик находился в трёх кварталах от мастерской отца, при виде которой ужас пробирался под кожу, словно в первый раз.
Решив добраться пешком, девушка приобрела в лавке оружейника небольшой револьвер и такой же аккуратный клинок. Заплатив ещё и за молчание Волкова, спрятала оружие под накидкой и продолжила путь.
Добралась Лика до ритуальщика по наполненным людьми главным улицам Ос Керво, которые скрывали ее от ненужных глаз. Опасность все ещё витала в воздухе, норовя сомкнуться и на ее горле. Тени словно преследовали её.
Продолжение следует...
