Оля раздобыла студенческую музейную карточку, позволявшую бесплатно посетить основные достопримечательности. Карточка принадлежала светлоглазому блондинистому белорусу, фотография которого ясно давала понять: этот татарин обнаглел и пытается выбить халяву чужой карточкой.
Но Оля убедила меня, что фото маленькое, нечёткое, и никто не будет на него смотреть, и если что, она всё разрулит, а я должен молчать и улыбаться как юродивый.
Сначала так и получилось: мы спокойно проходили во всякие Айя-Софии и Миниатюрки. Лишь в одном из таких мест мужик на контроле засомневался, но Оля включила сладкий режим голоса “умили дядю турка”, радостно продемонстрировала толстовку с названием стамбульского университета, в котором училась, и сказала на своём идеальном турецком что-то такое, что сразу же развеяло все сомнения. Грозный турок подобрел, разулыбался и пропустил нас. Никогда Штирлиц не был так близок к провалу.
А потом всё-таки провалился.
Во дворце Топкапы работал дотошный молодой красавчик сериального типажа. Он тут же начал придираться к каждой мелочи: “А почему на фото волосы светлые, а в жизни нет? А глаза как стали карими? Паспорт есть?” Олины ответы “покрасил”, “это линзы” и “он паспорт с собой не носит” по какой-то странной причине не действовали.
Поняв, что сладкий голос и шикарный турецкий не сработали, я решил
“Ну и ладно” - подумал я. “Не очень-то и хотелось в ваш Топкапы. Да и не очень ты и красавчик, не для тебя пион цвёл”.
Подумал, да и пошёл покупать билет.
Несмотря на эту статистическую погрешность, благодаря находчивости и турецкому Оли я сэкономил огромную сумму и потратил её на местную еду. В этом мы с Олей сошлись стопроцентно: музеи музеями, а хорошо пожрать - это ли не счастье?