Благодаря этому анализу лилианской темы в соотнесении с мифологиями, культурами, временами и географиями, должно стать возможным составить представление о том, как эта сила сохраняла свою воспламеняющую сердцевину сквозь трансформации и метаморфозы, и это позволяет легко увидеть множество ошибок, приписываемых пониманию Лилит в современном оккультном мире. К этому моменту должно быть возможно увидеть её как нечто гораздо более вездесущее во всех формах трансформации, включающих ту или иную разновидность смерти, где она неизменно присутствует в различных побуждениях и частотах, что зачастую принимают облик фрустрации, раздора и отчаяния — самой вершины катастрофического. В современной психологии Лилит была принята Юнгом и его последователями как архетип «тёмной женственности», что бы это ни значило, ибо женская сущность всегда восстанет из глубин батоса. Её связали с нашей тенью и с тем, в чём мы себе отказываем в хранилищах и лабиринтах подсознания, тогда как на деле она гораздо ближе к тому, что Фрейд описывал в своих анализах влечений к эросу и танатосу, известных как принцип удовольствия, нежели к этой чересчур материальной и зловещей идее тени в юнгианском смысле. Лилит как сила, присутствующая в принципе удовольствия, была тщательно исследована колдуном Остином Османом Спаром, и его работа остаётся лучшим магико-психологическим трактатом, излагающим сущность лилианской силы от Лилит, пусть и Безымянной, как квинтэссенции трансформации, когда жизнь сливается со смертью. Как таковая Лилит не может быть всецело определена с платонической
© Песнопения Лилит, Николай и Кэти де Маттос Фрисвольд