они оживают, издавая рёв. Разумеется, эта мистическая аллегория также накладывается на Иисуса Христа и его три дня в склепе до его собственного воскресения как «Льва Иуды», но более очевидно, что это аллегория того, как Солнце порождает Луну после её трёхдневного отсутствия, когда она новая. Это наводит на мысль, что Чёрное Солнце олицетворяет любую солнечную силу, покоящуюся в тёмных объятиях ночного покрывала Луны, и, как таковая, это состояние бытия, связанное с солнечными таинствами и их соединением с Луной, которое мы иначе знаем как затмения; следовательно, говоря о Sol Niger, мы говорим о драматическом и сокровенном таинстве. Если мы обратимся к имеющимся угаритским текстам, таким как «Маклу» и, конечно, история о Гильгамеше, то станет ясно, что Астарта-Иштар на самом деле является Царицей «прекрасных дев» — как враждебных, так и благосклонных, — поскольку они завершают её целостность. Лилит, как и Астарта-Иштар, обладает крыльями. Присутствие крыльев указывает на несколько аспектов: связь с ветрами — один из них, связь с преисподней — другой. Последний мотив встречается в поэме о нисхождении Иштар в преисподнюю, где мы читаем, что её обитатели «одеты, как птицы, в крылья, как в одежды». Духи и божества, обладающие крыльями, обладают ловкостью, чтобы перемещаться между состояниями и мирами. Демоницы в целом имеют крылья, и в этом случае ветры приобретают первостепенное значение. В Месопотамии ветры и их духи имели огромное значение. Ветры приносили знамения, благословения, демонов — и болезни. Холодный северный ветер в ночи считался неблагоприятным, тогда как прохладный восточный бриз днём воспринимался как приветливый дух-хозяин, веющий над землёй. «Маклу» говорит об Ардат-лили как о «ледяной женщине», а Лилит — как о ледяном холодном ветре с севера. Здесь мы находим духов лилин, определяемых льдом, холодом и
Вавилонский ветер-ведьма
ночными ветрами. Все мы были свидетелями того, как холодные ветры дуют в ночи, сгибая ветви деревьев и создавая определённую атмосферу угрозы и