Иисуса Христа и Его Церкви начиная с конца XVI века и далее, и ознаменовала собой возвышение знаменитой фигуры Фауста и множества руководств по черной магии. Также «Потерянный рай» Джона Мильтона до определенной степени является поэтическим толкованием падения небесного воинства, глубоко проникая в люциферианскую и сатанинскую психику. Значительный сдвиг в сторону возвеличивания сатанинского произошел с приходом романтизма и особенно лорда Байрона (1788–1824) и его «сатанинской школы поэзии», которая проложила путь «Цветам зла» Шарля Бодлера (1857), «Песням Мальдорора» Лотреамона (1869) и «Наоборот» Гюисманса (1884), задавшим тон декадансу и сатанизму fin de siècle, вдохновившим философию, искусство и литературу на создание образа Люцифера по подобию Титана Прометея, похитившего небесный огонь и отдавшего его людям. Искусство, поэзия, музыкальные новации и изобретения — все было затронуто этой прометеевой силой, прошедшей через XIX век и трансформировавшейся иными путями в годы двух мировых войн. Лилит всегда была рядом, по правую руку от Сатаны. Как комментирует Пер Факснельд: «В художественных произведениях Гюисманса сатанизм был явлением женским... Станислав Пшибышевский последовал его примеру и утверждал, что культ Дьявола был в первую очередь женским делом». 7,8 Подобно тому, как Люцифер вышел на сцену как освободитель человечества, несущий Свет, так и Лилит, «Инфернальная Мадонна», стала первой мученицей женского освобождения и независимости в «Демонологии и учении о дьяволе» Дэвида Конвея, опубликованной в 1878 году. В этом труде Конвей представляет Адама шовинистом, подобным Яхве, и подчеркивает стремление к равноправию, когда Лилит покидает Адама и ищет утешения в объятиях Сатаны/Самаэля — разительный контраст с тираническим и подавляющим Яхве. Именно в этом сатанинском
7. Автор «Синагоги Сатаны», опубликованной в 1897 году. 8. 2014: 438.