© Песнопения Лилит, Николай и Кэти де Маттос Фрисвольд Post #281
129
Святая Голубка Космических Теней Митрас, чей культ обрёл преемственность, поскольку поддерживался стрегонами. Люцифер — это импульс, постоянный взрыв света — большой взрыв, если угодно. Его наследие мало связано с современными материалистическими представлениями, которые воспринимают Люцифера как некую противоположность Богу. Люцифер — это своя собственная истина, особая форма сознания как череды форм, танцующих сквозь материю в постоянных взрывах света. Эта концепция «сознания в материи» иногда олицетворяется образом Бафомета, который обретает самосознание через зеркало материи, и снова — сознание в соответствии с определённой истиной и перспективой. Такие божества, как Люцифер и Бафомет, окрашивались, перекрашивались, понимались и переосмысливались в череде культур, каждая из которых привносила субъективные взгляды на конкретную форму сознания. Рендхелл определяет любого бога как «атмосферу»; так что, призывая Зевса или Юпитера — или сущность подобного рода, — вы всё равно даёте имя особой атмосфере сознания, основанной на общем, но субъективном согласии. Упоминая здесь Люцифера и Бафомета, можно естественным образом предположить, что эти боги принадлежат к «пантеону» стрегонерии, но они принадлежат ему лишь настолько, насколько стрегоне может продемонстрировать важность этих богов в своей жизни. Боги и духи составляют мир, и тип отношений, которые мы выстраиваем в мире, всегда личностен. Это означает, что «Люцифер» и «Бафомет», как и «Лилит» и «Сатана», с тем же успехом могут рассматриваться как темы, оцениваемые интуицией и на философских основаниях, для поиска роста света в собственном сознании. Личные отношения, которые мы выстраиваем с духами и богами, составляющими мир, в свою очередь, станут полезными или бесполезными силами для нашей свободы и избранного пути. Следовательно, мы не можем говорить о каком-либо «пантеоне» богов в современной неоязыческой терминологии. Стрегоне никогда не преклонит колени ни перед одним богом, если только он или она не преклоняет колени перед собственным отражением — но в благоговении и уважении, никогда в поклонении. Сгибая колени в поклонении, вы отрекаетесь от своей Судьбы, своего света и своего огня в пользу кого-то другого.