𝕷𝖎𝖑𝖎𝖙𝖍 on Telegram: “Как уже должно быть понятно, когда мы говорим о…”

Как уже должно быть понятно, когда мы говорим о церковном колдовстве, мы говорим не о христианском богословии, а об использовании более церемониального и ритуального формата для работы с силами и энергиями и управления ими. Мы должны помнить, что сама Церковь имела римские корни, что очевидно уже из её названия. Римско-католическая церковь и многое из того, что мы находим в качестве её ритуалов, было заимствовано как из римских домашних культов лар, носивших частный характер, так и от фламинов и их ритуалов, посвящённых планетарным божествам. Христианское богословие постоянно развивалось, пока Фома Аквинский (1225–1274) не составил свою «Сумму теологии», которая стала признанной богословской основой Церкви. Этот труд очень важен для понимания колдовства, поскольку в нём Аквинский проводит чёткое различие между недозволенными путями язычников и праведными путями людей Божьих, а также, в свойственной схоластике манере, обсуждает, что представляет собой великое множество ересей и богословских заблуждений (и наказания за них). Иными словами, здесь мы находим подробные описания практик, которые верующие не должны совершать, а также практик, которых не должно придерживаться духовенство; и если возникла необходимость записать это, то лишь потому, что подобные вещи имели место во времена Аквинского, и потребовалось исправлять ереси. XII век также был эпохой крестовых походов и ранних дней применения крайних мер для наказания еретиков; это было и время рыцарей-тамплиеров (1119–1307), чьё изначальное церковное одобрение закончилось запретом и обвинениями во множестве форм ереси, когда их великий магистр Жак де Моле был сожжён на костре перед собором Парижской Богоматери. Церковь представляет собой магический язык: евхаристия и пресуществление простого вина в кровь — чудо само по себе, освящение воды, экзорцизмы, обеты, миропомазание, ладан, посвящения, отпущения грехов и молитвы. Красота икон и искусства — это магический язык. Если вы используете этот язык в еретическом контексте, это еретично лишь с определённой точки зрения, тогда как для хитрого

© Песнопения Лилит, Николай и Кэти де Маттос Фрисвольд